Книга Операция «Кавказская пленница». Чужая. Бедовая. Моя, страница 10 – Ульяна Романова

Я даже на мгновение забыла, кто он, и снова резюмировала, что он очень красивый. И… такой… как медведь. Плюшевый и бородатый. И добрый. И не сделает он мне ничего, только пугает, чтоб впечатлилась и не вредничала.

Камал первым отвел взгляд, разрушая все волшебство моих грез. Отвернулся, отошел к реке и умыл лицо, оставляя меня в полном раздрае осмысливать то, что только что произошло.

Меня снова затрясло, зубы принялись отбивать задорную дробь, а аппетит пропал. Может, он меня понял? И не повезет дальше?

Надежда вспыхнула с новой силой, но я продолжала неподвижно сидеть с бутербродом и соком в руках.

— Садись в машину, Лия, — приказал Камал спустя некоторое время.

— Я не доела, — спокойно ответила я.

— По дороге доешь. Садись, время не ждет!

С его волос, лица и бороды стекали на грудь капли воды, а смотрел он куда угодно, только не на меня. Камал передал ключи от машины Хасану, а сам сел на пассажирское место.

Не поможет. Показалось мне! Просто показалось… И взгляд этот его странный был фальшивым. И никто меня не вернет, а увезут и выдадут замуж.

И не поможет он мне. Никто не поможет, кроме меня самой.

Я же слезла с капота, держа сок и бутерброд в одной руке, по уже сложившейся традиции хлопнула дверью со всей силы и устроилась на своем месте, когда поняла, что возвращать меня не будут.

Хасан сел за руль, завел мотор, и машина тронулась с места, а я нахмурилась и злодейски улыбнулась. Похлопала по плечу Камала, тот дернулся, словно я его током ударила, резко обернулся и наткнулся на мою широкую улыбку.

Я протянула ему надкусанный бутерброд и сок и елейно попросила:

— Подержите, пожалуйста!

Камал нахмурился, но бутерброд и сок взял — аккуратно, чтобы меня не коснуться. Я даже успела заметить, как крепко он сжал зубы, и откинулась на спинку сидения. Прикрыла глаза и мысленно улыбнулась.

Я знала, чем занять себя в ближайшие пару часов!

Пусть довезут меня к жениху, плевать. И жениха доведу так, что жениться расхочется.

И эти двое неандертальцев никогда эту поездку не забудут!

Камал сидел так ровно, словно вместо бутерброда проглотил корягу целиком. И держал в одной руке мой надкушенный бутерброд, а в другой сок. Хасан медитативно вел машину, а я приступила к выполнению своего плана.

А потому что не надо было мне угрожать! И пугать меня! Воровать так вообще не стоило!

Я подалась вперед и снова похлопала Бармалея по плечу. Он опять дернулся и резко обернулся.

— Бутерброд дай, — попросила я.

Он дал. Я откусила и снова похлопала его по плечу.

— Теперь сок, — попросила с набитым ртом.

Мне протянули сок, а я вернула бутерброд. Камал обалдел, но взял. И больше не отворачивался.

— Ага, спасибо. Сок подержи.

Я снова впихнула ему в руки сок и взяла бутерброд. Откусила, вернула и потянулась за соком.

— Я тебе что, подставка, Эмилия? — Дошло наконец до него.

— У меня ручки устали держать, — мягко ответила я и улыбнулась, — а ты сильный, вон какие мышцы наел.

Он вздохнул, закатил глаза и развернулся ко мне всем корпусом, покорно исполняя роль держателя еды. Скучный он какой-то стал. И когда не злился — мне стало даже неинтересно.

Ну вот что сложного психануть, как нормальный человек? Глазиком подергать, бороду поперебирать, головой, в конце концов, о приборную панель побиться?

Нет же, сидит, как жених на свадьбе, — суровый, собранный… И до ужаса спокойный. Даже злить неинтересно.