Книга Насквозь, страница 42 – Таша Строганова

***

- Пиздец, - протянул Ваня, запрокинув голову назад.

Рома был с ним полностью солидарен.

Он медленно слез с чужих коленей и почти растёкся по дивану рядом, прижимаясь к горячему Ваниному бедру своим.

Они оба выглядели совершенно расхристанными. Рубашки выдернуты из брюк и расстёгнуты. Сами брюки приспущены и залиты спермой.

Совершенно неприлично. Абсолютно прекрасно.

Немного отдышавшись, Рома сходил в ванную, привел себя в порядок и принёс влажное полотенце. А ещё он захватил бутылку коньяка и пару бокалов.

Кажется, пора было повышать градус.

Ему точно требовалось выпить. Да и Ваня вряд ли откажется. Для него это вообще всё новое.

Впрочем, и сам Рома подобных эмоций не испытывал. Он всегда был сдержанным и куда более спокойным.

А сегодня в него будто дьявол вселился. Похотливый и жадный.

Приручать и двигаться медленными шагами, да, Роман Владимирович?

По пизде пошли все ваши планы, стоило Ванечке взять в руки гитару. Но надо отдать должное Белоусову, он и сам оказался несдержанными абсолютно нескромным.

Рома обвёл кончиком языка свежую ранку на губе. Ох, как же прав он был насчёт чертей в этом омуте. Как же прав.

Выпив по паре бокалов коньяка, Рома достал с пола гитару.

- Спой мне что-нибудь ещё, - попросил он. – Мне нравится твой голос.

Ваня посмотрел на него совершенно блядским взглядом и улыбнулся, взяв гитару в руки.

Впереди была ещё вся ночь. И Рома совершенно не хотел, чтобы она кончалась.

*Песня, которую пел Ваня - Nautilus Pompilius, "Крылья"

**Название главы - Mary Gu, "Пьяный романтик"

***

Мир, казалось, перевернулся с ног на голову.

Весь следующий день у Вани кружилась голова. Давно он такого не испытывал. Дело не в сексе, впрочем, это был ещё не совсем он, а именно в эмоциях.

Люсьен до самого обеда постоянно зыркал на Белоусова. Будто у того на лице что-то прилипло.

И правда прилипло. Дурацкая широкая улыбка. Согнать которую оказались не в силах даже привычки топорщащего усы шефа.

- Чего светишься весь? – Абрамов появился сбоку, и сам сияя мордой лица словно начищенным чайником.

- Ничего, - Ваня тут же закрылся, чуть приглушая улыбку. – Сделать что-то надо?

За прошедшие дни он на удивление неплохо освоился на кухне и уже без особых сложностей выполнял рядовые поручения. Технику оттачивал. Абрамов хвалил. Люсьен морщился. Ничего нового.

Кроме того, что сам Ваня в тайне чувствовал гордость. У него получалось. И получалось отнюдь не плохо.

- Ну-ну, - Василий Емельянович усмехнулся. – Девушку себе завёл, что ли? То ходил смурной, на весь мир обиженный. А теперь будто клад нашёл.

Ваня быстро зыркнул на Абрамова. Да нет, не мог тот ничего подозревать. Они с Ромой повода никакого не давали. А то, что уходили вместе пару раз, так то лишь совпадение.

- Нашёл, - нехотя всё же признал Иван. Глупо было отрицать, что он действительно изменился. И не только в профессиональном плане. Только представив Бессонова в виде девушки, Ваня невольно хмыкнул. Кружевные чулки на том смотрелись бы престранно. – А вам так интересна чужая личная жизнь?

- Ты мне подерзи ещё тут, - Абрамов шутливо погрозил пальцем. – Мне важно знать, что у вас, оболтусов, на душе. Потому как пока что это серьёзно сказывается на качестве работы. У тебя, вот, взлёт пошёл. А если разбежитесь, что мне делать? Сопли тебе подтирать и ходить заново учить, чтобы пальцы не отчикал?