Книга Предатель. Ты недостоин нас, страница 18 – Юлия Ильская

— Не смей! Говорить! Моей! Матери! — чеканит мне в лицо — Я сам разберусь!

— Это невозможно! Не собираюсь жить с гнидой вроде тебя! — вздергиваю подбородок, хотя внутри все трясется от страха и ярости.

— Тогда я заберу у тебя дочь — мерзко ухмыляется он.

При этой угрозе у меня падает планка! В глазах все темнеет, ярость придает мне сил и я со всей дури бью ему коленкой в пах. С удовлетворением вижу в его глазах боль и растерянность! Не ожидал?!

Слава отпускает меня и хватается за свое мужское достоинство.

— Ах ты с-с-с-с-с….- вырывается из-за стиснутых зубов

Я отталкиваю его, хватаю с плиты сковородку и встаю к двери в комнату, где спит моя дочь. Сейчас я как львица, готова драться, до последней капли крови за своего детеныша. Пусть только попробует подойти! Адреналин бьет по мозгам и венам побуждая драться или бежать. И я выбираю драться.

Слава с трудом разгибается и делает шаг ко мне.

— Не подходи! Убью! — кричу я в надежде что мама выйдет на шум, но мама и не думает помогать мне.

Муж останавливается видимо размышляет надавать мне хорошенько или не опускаться до драки с ослабленной, кормящей женщиной, матерью своего ребенка.

Не удивлюсь если решит вступить в бой, но из-за стресса совсем не боюсь, только поудобнее перехватываю ручку сковороды, намереваясь сделать из него отбивную.

Видимо какое то чувство собственного достоинства у него еще осталось и он отступает.

— Василиса! Ты дура! — зло кричит он, — я не позволю тебе тебе уйти и забрать мою дочь!

— Иди, иди, сама разберусь— я замахиваюсь сковородкой.

Слава материться сквозь зубы и уходит, на пути крикнув моей маме:

— Валентина Семеновна, образумьте вашу дочь!

Дверь громко хлопает и я бессильно опускаюсь на пол. Сковорода с громким лязгом падает на пол, у меня больше нет сил ее держать. Мама выходит и молча поднимает сковороду, ставит на место, укоризненно покачивая головой.

— Ты почему не вышла? Вдруг бы он меня прибил? — еле ворочаю языком от усталости, как будто и вправду битву отмахала.

— Ну ты не кричала “убивают”, а даже наоборот — она пожимает плечами. — Милые браняться только тешаться. Вы потом помиритесь, а я крайняя останусь. И вообще…

Вдруг раздается громкий звонок.

— Алло — осторожно отвечаю я.

— Привет, как дела?

— Привет, все хорошо — на автомате отвечаю я.

— Я тут вещи твои собрал, говори адрес, куда отправить? — командует Егор.

— А, спасибо большое! — я называю адрес.

— Уверена? — в некотором замешательстве спрашивает Егор.

— Вполне, почему ты спрашиваешь?

— Ну, ты в клинике нам другой адрес называла…

— А, ну…Я у мамы в гостях — выкручиваюсь я.

— Окей, жди.

Я снова благодарю и кладу трубку. Ну хорошо, хоть какие-то вещи у Евы будут. На первое время хватит.

— И вообще… — мама оказывается не забыла наш разговор и намерена продолжать.

— Мам, не сейчас, — устало говорю я. — давай лучше чай попьем с твоими чудесными пирожками.

— Пей одна, я пойду прилягу, давление у меня. Ты меня в могилу загнать хочешь. — мама не клюет на лесть и громко топая уходит, а я ставлю чайник.

Ох, много всего мне предстоит выслушать, но это сейчас беспокоит меня меньше всего.

Есть совсем не хочется, меня еще потряхивает от напряжения, но я должна подкрепиться, для своей маленькой куколки. Жую пирожок, но вкуса не чувствую, в голове крутятся слова мужа "Я заберу у тебя дочь".