Книга Предатель. Ты недостоин нас, страница 70 – Юлия Ильская

Я врываюсь в комнату, и бросаюсь к кроватке, не обращая внимания на протесты, пожилой женщины, которая пытается покормить мою дочь из бутылочки.

— Спокойно, Зинаида Михайловна, это ее мама, — слышу голос Славки за спиной.

Я прижимаю доченьку к себе, крепко-крепко, чтобы она почувствовала, я здесь, я рядом, я никогда больше ее не оставлю, она моя, только моя.

Целую ее личико, мокрое от слез и сама плачу вместе с ней. Тут же ноет набухшая грудь, срочно нужно покормить дочку.

Сажусь на кровать, спиной ко всем и прикладываю малышку к груди. Слышу стук закрываемой двери. Все ушли, остались только мы с моей куколкой. Счастье переполняет меня всю, смывает все переживания, всю мою боль.

Я даю волю слезам и реву, от души, от всего сердца. Теперь я свободна, теперь никто не сможет забрать моего ребенка!

Мы сЕвой выходим из комнаты и спускаемся вниз.

— А сейчас, дорогой мой, собирай вещи и поедешь со мной! Никаких денег ты больше не увидишь, сворачивай свой бизнес. Дом выставляй на продажу. Будешь жить с нами, раз один не умеешь! — слышится голос Свекрови

Славка что-то бурчит в ответ.

— И не смей мне перечить, иначе отец зашлет тебя в такую глушь, что будешь мечтать о нашем доме!

Они оба поворачиваются ко мне, свекровь как всегда невозмутима, вежливо улыбается, как будто не она только что сынка распекала. Смотрят на меня выжидающе.

— Васен, прости, я не хотел… — Славка и правда выглядит жалко, как побитый пес.

— Ты знаешь, — прерываю я его, — я даже рада, что так получилось, теперь ты не будешь претендовать на дочь и портить нам жизнь. И…я благодарна тебе Слава, за те годы, что мы прожили, я все таки была счастлива. А сейчас я счастлива, что у меня есть Ева и за это я благодарна вам Аделина Робертовна.

Я смотрю на бывшую свекровь, она величаво кивает, ни один мускул на лице не дрогнул.

— Только я хочу забыть вас всех, как страшный сон, поэтому давайте мирно разойдемся и я не буду писать заявление о похищении ребенка и травле в сети. Поверьте, я смогу попортить вам жизнь. Я уже не та глупая девочка, что была раньше, за дочь я буду грызть зубами. Надеюсь вы меня услышали.

Не дожидаясь ответа, выхожу из дома и иду. Нет сил больше находиться рядом с этим домом даже пяти минут. Вызову такси позже, а пока я иду куда глаза глядят. Я бережно несу на руках и в сердце свое счастье и никогда больше не отпущу.

Отойдя от дома приличное расстояние, я вызываю такси. Еду домой, хотя трудно назвать домом, место где живет моя мать. Придется все таки разменивать квартиру. Не хочу ее видеть после того что она сделала. Но идти мне снова некуда.

Василиса…

Идти мне некуда, Марго не хочу стеснять, а Егора тем более не буду напрягать, я все еще злюсь на него. Придется идти домой и разговаривать с матерью.

Я вызываю такси и еду домой.

— Василиса, доченька! — кидается ко мне мама с порога, — прости меня, я не хотела…

— Мам, потом поговорим, — говорю я устало, — мне надо отдохнуть.

В руке неприятно пульсирует, я и забыла, что порезала ее, надо обработать. Я переодеваю и купаю Еву, все вещи в которых она находилась в том доме бросаю в стирку, чтобы даже духу не было.

Мне не верится, что все закончилось, я опустошена полностью, одно желание осталось быть рядом с Евой. Я укладываю ее на кровать и сама ложусь рядом, играю с маленькими пальчиками, целую сладенькую такую щечку, вдыхаю родной, любимый запах. Когда Ева засыпает, я подтягиваю к двери тумбочку и долго лежу смотрю на спящую дочь, ловлю ее невесомое дыхание, трепет длинных ресниц и сладенькое причмокивание.