Онлайн книга «Измена. Уйти (не) смогу»
|
– Ты дурак, что ли? – Алена торопится на кухню, наливает воду, ставит чайник. – А что происходит? – спрашивает она, вернувшись в гостиную. – Где Ира? У тебя такой срач, как будто ее уже давно нет. Она бы никогда не позволила тебе такое дома устроить. – Ушла Ира, – говорю я. – Как?! – в один голос восклицают родственники. – Куда? А Кирилл где? – Не спрашивайте меня ни о чем, я умираю, – говорю я и закрываю глаза. – Ему надо в больницу, – строго говорит жена брата. – Нет! – пугаюсь я. – Только не больница! Вдруг Ира вернется, а я в больнице. Лучше я тут помру. Пусть найдет мой бездыханный труп. – Идиот! – сердито говорит Аленка. – Щас сделаем, – говорит брат и кому-то звонит. Глава 20 Илья Через пять минут на пороге появляется парочка бравых врачей, они быстро промывают мне желудок. Крайне неприятная процедура, если честно. И ставят капельницу. Я закрываю глаза, эка меня угораздило. – Илья! Ты живешь как бомж! – из кухни выходит Алена, уперев руки в бока. – Зай, подожди. Пусть чуть очухается, – пытается защитить меня брат. – Ой-ой, какие мы нежные! – сердито фыркает сноха и снова скрывается на кухне. Гремит бутылками, моет посуду, убирается. – Ничего, –слабо говорю я. – Я действительно дебил и идиот! – Ты давай, братан, отдыхай. После поговорим, – говорит мне брат. Я закрываю глаза и проваливаюсь в глубокий сон. Снится мне Ира. Тот день, когда мы познакомились. Она была такая красивая, с яркими сияющими глазами. Я остановился посмотреть ее картину, хоть ничего не смыслю в искусстве. Приехал просто поддержать старую знакомую. Но ее картина привлекла меня своей естественностью. В ней не было ничего загадочного, что нужно было бы объяснять сложными словами. Там были изображены город, дождь, ночь и множество светящихся окошек. И за каждым окошком по теням можно было угадать чужую жизнь. Ирина подошла и завела разговор о живописи, а я только слушал и кивал. Она меня просто заворожила. Ее распущенные волосы двигались как будто сами по себе. И сама Иришка все время была в движении, ее мимика менялась со скоростью звука. Я с удовольствием следил за ее жестами, улыбкой. Я тогда сразу понял: она моя. Даже если она с другим, она все равно будет моей. Я такую девушку не упущу. Она смеялась, я смеялся следом, она хмурилась, хмурился и я. У меня было много женщин, но никто не оказывал на меня такого влияния. Я сразу же предложил ей прогуляться. Мне казалось пошлым – приглашать такую девушку в ресторан или в клуб. Она казалась мне богиней, сошедшей с небес. Она смеялась много, часто и с удовольствием. Была такая свободная. Мы гуляли по ночному городу, и я не смел даже прикоснуться к ней, боясь, что оттолкнет. Я как влюбленный мальчишка боготворил ее. Я был безмерно счастлив, когда она разрешила себя поцеловать. А потом она стала моей женой, и очарование пропало. Она стала все больше отдаляться от меня. А уж когда родился Кирилл, то я совсем перестал видеть ту Иру. Мою любимую, свободную, талантливую, яркую. Я скучал по ней. Дарил жене дорогие подарки, украшения, одежду в надежде на то, что она вспомнит, с чего все начиналось, вернется ко мне. И мы снова будем болтать ночи напролет. И она распустит свои кудри, которые разлетаются с каждым резким движением головы. Например, когда она смеется, резко откинув голову назад. Я все ждал, что Ира снова начнет смеяться. Просто так, без причины. Но теперь она улыбается только сыну. Для меня в ее жизни словно нет места. |