Книга Развод и запах свежего хлеба, страница 9 – Юлия Ильская

К вечеру я уже полностью готова. И внешне, и внутренне. Надеваю своё любимое платье, то самое, которое купила еще полгода назад, но никак не могла найти достойного повода надеть. Глубокий бордовый цвет и крой идеально подчеркивает мою фигуру.

Макс приезжает ровно в семь, окидывает меня взглядом, но я больше не вижу в нем того восхищения и страсти как раньше.

Ну и плевать! Не очень и хотелось!

Наверное сейчас я в стадии гнева. Я готова разнести его в клочья! И действовать буду безжалостно!

– Ты выглядишь прекрасно, – говорит он сухо.

– Благодарю, – отвечаю я, так же сухо улыбаясь. – Едем?

По пути мы почти не разговариваем. Лишь пара дежурных фраз о пробках и погоде, больше ничего.

В ресторане нас уже ждут. Виктор Григорьевич улыбается широко и радушно. Его супруга, Анфиса Александровна, элегантная женщина лет пятидесяти, обнимает меня, будто мы близкие подруги.

– Вероника, вы просто роскошно выглядите! – восклицает она, легко пожимая мне руку.

– Спасибо, Анфиса Александровна, вы тоже, как всегда, восхитительны.

Мы садимся за столик в отдельной кабинке. Идеально белая скатерть, сияющие приборы, тихо играет джазовая музыка. Атмосфера расслабленная и лёгкая. Анфиса Александровна садится рядом с мужем, и он сразу нежно накрывает её руку своей.

– Вероника, Максим,мы так рады, что вы сегодня с нами, – улыбается Анфиса Александровна.

– Да, давно хотелось вот так спокойно посидеть, поговорить по-домашнему, – добавляет шеф – Ведь не одними же отчетами жив человек, правда?

– Полностью согласен, Виктор Григорьевич, – кивает Макс, и я едва сдерживаюсь, чтобы не съязвить по этому поводу.

– А у вас, ребята, сколько лет уже вместе? – спрашивает Анфиса Александровна с лёгкой улыбкой.

– Почти десять, – отвечает Макс, не глядя на меня.

– Отличный срок, – одобрительно кивает Виктор Григорьевич. – Мы уже тридцать два года вместе с Анфисой. Представляете? И ни дня не пожалел.

– Это потому, что мы никогда не лгали друг другу, – мягко добавляет Анфиса Александровна, – да, милый?

– Именно, дорогая, – соглашается он и снова сжимает её руку. – Честность и взаимное уважение. Надёжный тыл для мужика всё равно что воздух. Мужик, если он умный, всегда это ценит. Так ведь, Макс?

– Конечно, – уверенно отвечает Макс, но я замечаю, как он едва заметно вздрагивает.

– Максиму повезло, – с нажимом говорю я, глядя прямо на мужа. – У него тоже есть надёжный тыл.

Макс избегает моего взгляда, напряженно улыбается и делает вид, что внимательно рассматривает меню.

– Макс, должен признаться, именно твои семейные ценности стали ключевым фактором в моем решении назначить тебя своим заместителем, – говорит Виктор Григорьевич уже серьёзно, глядя Максу прямо в глаза. – Профессионалов много, а надежных и порядочных единицы. Я очень дорожу своей репутацией, и репутацией фирмы.

Макс молча кивает, и я вижу, как его пальцы нервно комкают салфетку.

Я незаметно достаю телефон, набираю короткое сообщение: «Пора» и отправляю Тиму.

Через десять минут в зал заходит Карина. На ней ярко-красное платье, глаза растерянные, лицо слегка встревоженное.

– Карина? – удивлённо спрашивает Виктор Григорьевич.

– Сюда! Сюда! – машу я ей.

Макс мгновенно бледнеет, а Карина останавливается, словно ударившись о невидимую стену.

– Не бойтесь! Подойдите! Здесь никто не кусается! – подбадриваю я ее и на осторожно приближается.