Книга Чужие грехи, страница 49 – Елена Грасс

Я потихоньку становлюсь похожа как колобка. Не хожу, а перекатываюсь. За два месяца живот вырос, округлился сильнее. Я худая, и с таким животиком выгляжу как пингвин. А дальше будет ещё смешнее, и ещё тяжелее.

Читала, что сейчас, на таком сроке пойдёт самый рост малыша. Мама жалеет меня, освобождает от любого дела. Она изменилась за последние недели. Стала улыбаться, шутить. Гладит мне животик, много фотографирует, говорит, на память.

При ней я улыбаюсь, не плачу, молчу о том, как тяжело и физически, и морально. Нелегко обманывать, но другого выхода нет. Помочь она всё равно ничем не сможет, других забот и так хватает.

Мама всё понимает и не обижается на меня, делает вид, что всё у нас в порядке. Первое время, в первые месяцы беременности было очень стыдно перед ней. Казалось, что я словно её подвела, забеременев в такой сложной жизненной ситуации как сейчас.

Мама никогда не была ко мне строга, воспитывала скромной девочкой. Я всегда слушалась беспрекословно, наши интересы совпадали и у меня не было причин для конфликтов с родителями даже в переходном возрасте.

А тут такое разочарование… В переходном возрасте беспроблемный ребёнок, а сейчас выдала на гора. Попала так попала!

В последнее время она изменилась, словно глаза её ожили, огонёк появился. Я подозреваю, не появился ли у неё мужчина? Если да, может, и к лучшему, она уже так долго одна.

Вечером мама пришла с работы и поставила пакет на стол, который был забит продуктами. Я открыла рот от удивления. Не помню, чтобы она столько покупала. Словно целое ценное состояние передо мной, только не денежное, а продуктовое!

Она пояснила, что получила большую премию, хотела принести деньги домой, но не донесла, а потратила их на продукты в ближайшем от дома магазине. Чего там только не было: апельсины, яблоки, даже конфеты, овсянка, масло, сахар, кофе, чай.

Когда она внесла пакет с продуктами в квартиру, она выглядела так, будто ей миллион вручили, а не еду.

Мы радовались как дети. Размышляли, на сколько нам может хватить этих продуктов. Думаю, что она сделала это ради меня и малыша. Если бы я не была беременная, она отдала бы и сумму, потраченную на продукты в счёт долга.

Но мне надо было лучше питаться ради ребёнка. Через пару недель мама сообщила, чтоможно теперь немного расслабиться, этой премией она закрыла весомую часть долга, и мы имеем полное право пополнять свой холодильник всякой вкуснятиной.

Откровенно говоря, пока я не была беременная, запрещала думать себе о всякой вкусной еде. Но теперь мои вкусовые рецепторы были особо обострёнными, очень хотелось разной вкуснятины, особенно всяких гадостей: газированной сладкой воды, конфет шоколадных.

Пробежав глазами по купленным продуктам, сегодня очень захотелось колбасного, вредного.

— Дочка, давай поговорим о Максиме, — последние дни она заводит эту песню намёками. Не дура, понимаю, но, сегодня, видимо, решила в лоб. — Почему ты не хочешь выслушать его? Почему ты не даёшь ему возможности объясниться?

— Мама, зачем все эти разговоры снова? Мне совершенно не хочется ссориться с тобой. У нас и так забот много. Ты что, решила заступаться за этого человека? Почему, что изменилось? Если ради того, чтобы у ребёнка был отец, то не надо. И сама смогу воспитать. Неужели я должна быть с человеком только чтобы у ребёнка был отец?