Книга Бывшие. Лада с «прицепом», страница 48 – Елена Грасс

— Ты же знаешь, я всё равно буду приезжать, пока не поговорим.

Лада в этом вся. Упёртая до дури, если верит в то, что делает или ставит себе цель.

Я тогда это понял, когда мы начали встречаться и она, пусть тихо, не напоказ, но пыталась бороться за наши отношения.

Лада не будет истерить, выяснять отношения, предъявлять претензий, она просто будет молча, сквозь слёзы, злость, разочарования, но добиваться цели.

Теперь наши отношения не были для неё целью, скорее ровно наоборот: она хотела от меня поскорее избавиться.

Я для неё как напоминание неудачных отношений, где случилось первое и самое глубокое, по моим ощущениям, предательство.

— Не заставляй меня искать другое жильё, Смирнов. Мне и так тяжело! — вываливает эту фразу на эмоциях, совершенно не преследуя цель, чтобы я её пожалел.

— Чем тебе помочь? — знаю, что тяжело, иначе не стоял бы здесь.

— Уехать и больше не возвращаться, — глаза искрятся возмущением.

— Теперь не могу. Зная, что ты в беде…

— Я не в беде. У меня просто временные трудности, Егор. И я сама хочу с ними справиться. Алиса, малышка, пойдём, я замёрзла и хочу домой.

— Пять минуток ещё, мамочка, — Лада кивает соглашаясь.

— Твою бы упёртость да на добрые дела, — говорю ей тихо, продолжая выводить на эмоции. Так хочется, чтобы ей стало легче.

— Смирнов, зачем ты это делаешь?

— У психологов есть такой метод — вывести на эмоции, чтобы человек всё дерьмо и боль через разговор выпустил. Я же вижу, обид много, высказаться хочешь. Уложи Алису, и я весь твой.

— Нет, не хочу. Я действительно не вижу смысла в разговорах. Тем более я теперь никому не верю. Ни отцу, который своими благими намерениями выложил мне дорогу в мой личный ад, ни мужу, который не любил меня, ни тебе, Смирнов, человеку, который взяв деньги теперь, как я вижу, хочет сделать вид, что ничего этого не было и снова претендует на какие-то добрые отношения. Всё, что я хочу — минимизироватьобщение со всеми, кто меня окружает, чтобы вы не создавали пустую суету рядом, а просто позволили мне жить той жизнью, которой я планирую.

Лада настаивает на своём и всё-таки уводит дочь с игровой площадки.

Когда она заговорила о деньгах по телефону в нашу последнюю встречу, тогда ещё живя в центре, я подумал, что она ради мужа старается. Но потом догадался, сопоставив всё, что она говорила кредитному агенту, о своих неприятностях, что не для него.

Не знаю почему, но меня не покидала мысль, что я не должен сейчас отпустить её. Словно какое-то десятое чувство подсказывало: нельзя её оставлять одну.

Приехав через пару дней, когда по моему предположению её мужа не было дома, я прождал её пару часов, но она так и не появилась. Соседка сказала, что Лада с дочкой куда-то переехали, оставив мужу связку ключей.

И тогда всё окончательно встало на свои места в моей голове. Она ушла от него, и деньги она искала именно для этого.

Но зачем ей деньги, если у неё за спиной такая мощная поддержка в виде отца и матери? Я так и не смог ответить на эти вопросы.

Встретиться с Курбатовым мне не удалось, он был в командировке. По крайней мере, мне так сказала секретарша.

И я поехал к её матери. Она всегда относилась ко мне ровно и уважительно.

Я ехал в надежде, что ничего не изменилось, и я смогу добиться информации, что произошло, и почему Лада ушла от мужа.