Книга Пышка для свекра. Сделаю с тобой джага-джага!, страница 1 – ДОМИНАТРИКС

Ха! Не худею я, видите ли! Да просто у меня кость широкая. И здоровье сибирское. Как зашибу — так зашибу!

Зато все при мне! И грудь шикарная, и попа роскошная. Не то что у этих селедок. Ходят костями гремят! Ухватиться не за что!

Даже мой супернакачанный свекор и тот слюни пускает, хотя и гоняет меня до седьмого пота. Мужик он, кстати, видный. В деревню бы его. Трактор бы смог заменить. Но у меня есть Валерик.

Вот я сейчас его порадую. Специально ведь домой пораньше пришла. Картошки как нажарю с мамкиными соленьями!

Вхожу в коридор, разуваюсь и голыми ножками шлепаю в спальню.

Стоны эти, визги на всю квартиру. Не дождался котик мой — решил на порнуху передернуть.

Сейчас я к нему присоединюсь.

Поправляю свою шикарную грудь в леопардовом белье. Леопард — это для дорогих женщин.

— Котик, твоя сладкая булочка вернулась! — открываю дверь. — Да кот ты помойный!

На моем Валере прыгает какая-то шмара, которая плоская как доска. Единственное, что на ней объемное, — это губищи эти жуткие.

Скачет на моем мужике профурсетка так, словно и сломать не боится. Ну ничего! Переломы им обеспечу я!

— Клава? — удивляется этот придурок, а девка потихонечку перестает подпрыгивать на его кривеньком огурчике. — А ты чего так рано? Ты же к отцу в фитнес собиралась.

— Я тебя сейчас покажу фитнес, стервец! — Так обидно становится. — Это ты все вот это роскошное на кости променял? Да я тебе носочки с трусиками стирала, вкусняшки готовила, утешала, что писюн не маленький!

— Это тебе маленький! — что-то там бухтит, спрятавшись за свою воблу.

Замечаю на нашей супружеской постели, рядом с этими, большой черный дилдак.

— А что, не маленький корнишончик? — спрашиваю у губастой профурсетки, которая пытается мять свои неказистые сиськи.

— Просто у него член в жирах теряется и ничего не доходит, — тявкает эта вагина на кривеньких спичках.

Ну что это за ножки? Кузнечик! Одни коленки торчат!

— Что ж у вас тогда тут писька резиновая полуметровая валяется? — встаю в боевую стойку.

Ща как врежу!

— А это для остроты ощущений! — Валерик что-то сильно храбрый стал, прячась за своего Чернобыльского кузнечика. — Ты ж в попку не даешь.

Ой не для его корнишончика мои шикарные булочки цвели!

— Да так, похоже, эту тоже не устраиваеттвое предложение!

— Да просто у меня на твои телеса нормально не встает. Жирная ты и здоровая. Чем тебя только, Клавка, в твоей деревне кормили!

Это я жирная?!

Ну все… Я долго терпела.

Хватаю увесистый резиновый писюн и опиздюливаю обоих. Сначала попадает девке. Прямо по губам.

— Валера, уйми свою ненормальную корову! — визжит она, стараясь спрятаться за его спиной.

Но от писюна возмездия не уйдешь!

— Клава, поражения надо уметь принимать! — пищит он. — Настенька просто больше меня заводит.

Настеньку заводят деньги, которые он стреляет у папы, и резиновый писюн.

— Ща я тебя заведу как трактор с толкача, убогенький ты мой!

Еще разочек даю хером по лбу его бабе, а потом рука как-то сама так берет, и Валерик взвизгивает по-бабски.

— Ого, как глубоко вошел, — удивляется бабища, подбирая клочки собственных волос.

— Настенька, — стонет страдалец, — вызови “скорую”, дорогая. И не трогай это.

— Какая у вас гармоничная сексуальная жизнь, — мне становится так забавно. — Сейчас врачи приедут, и можете устроить групповуху. Сама набираю номер неотложки. — Что случилось? Да тут мальчик. Двадцать пять годиков. Инородное тело в заднем проходе. Плюс вобла какая-то прилипла. У нее лицо разбито. Ага, пасибки.