Книга Измена. Дэн Мороз спешит на помощь, страница 19 – Даша Коэн, Ники Сью

— Какой еще клин? — хмурю я брови.

— Который всегда к твоим услугам, Ангел, — и вдруг толкнулся в меня пахом. А меня аж затрясло!

— У меня принципы есть, вообще-то! — тоненько пискнула я, чувствуя, как что-то очень твердое, горячее и настырное упирается мне в живот пульсирует. И явно подкатывает с нехорошими намерениями.

Зажмурилась от страха, кусая губы. И чувствуя, как живот крутит от паники. И ноги подкашиваются еще тоже.

Дура. А я ему тут блины жарила! Кто же знал, что жарить на этой кухне хотят только меня?

— Да кто ж сомневается в твоих принципах? — прошептал этот чертов Дед Мороз, а затем пошел дальше, пока я испуганной ланью стояла и не понимала, что же делать дальше.

Он наклоняется, щекоча дыханием мою шею, а затем влажно поцеловал место, где оголтело билась синяя венка. Ох, мама дорогая, у меня по телу сплошные электротоки побежали. И между ног потянуло так сильно, что ошибки быть не могло — я со скоростью света катилась по наклонной.

И стыдно признаться, но мне вдруг захотелось, чисто по-женски, в омут с головой, да так, чтобы забыться и ни о чем не думать. Захотелось, ощутить себя желанной, а не забитой мышкой в клетке. Не так, где в темноте под одеялом раз в месяц: сунул-вынул-захрапел.

А чтобы голос сорвало от кайфа. Чтобы соседи по батарее от зависти стучали, слыша, как я ору от наслаждения. Хотелось утопиться во грехе, а не в горе, брошенной в канун Нового года брошенки.

Но как же я потом буду себе в глаза смотреть. Знать, что вот так — нашла на улице первого встречного-поперечного и меньше суток спустя позволила ему все. Женька за мной больше полгода ухаживал, прежде чем получить зеленый свет.

А тут вот — признать себя женщиной второго сорта, накоторую только безумные Деды Морозы спрос имеют?

Да к черту!

— Нет я правда не могу… — теряюсь, и все-таки выскакиваю из его объятий.

Отхожу к окну, облокотившись спиной о подоконник. На мне белый махровый халатик, и тапочки из массмаркета. Я совсем не презентабельная, хотя вот если посмотреть в глаза этому мускулистому персонажу, который хищной походкой приближается, кажется иначе.

Он ведь даже не думает тормозить и хоть сколько-нибудь снижать обороты. Он настроен максимально решительно. Он хочет вышибить из меня клин своим чертовым клином, который уже явно выпирает под полотенцем.

Божечки! Зачем я туда посмотрела? Ай.

Какой огромный.

М-мым, кажется, у меня жар! Ох.

Но отвести взгляд не могу. Так и таращусь: одним глазом на этот потрясающий стояк, другим на то, как Дед Мороз крадется ко мне с очевидным намерением все же подарить мне подарок в этот сумасшедший праздник.

А мне не надо! Нет, ну честное слово! Я и без клина вполне себе еще не помираю от горя.

— Варя, ты охуенная женщина, — все же встал напротив меня этот мужик и уперся руками в подоконник. — Как мужик тебе говорю, а не незваный гость. Хочешь, конечно, можешь страдать. Но, сказать по правде, жить на полную катушку интереснее.

— Это же неправильно, — щебечу себе под нос, — я даже имени твоего не знаю.

— Так я тоже его не знаю.

Он ласково проводит рукой по моему лицу, касается пальцами моих губ, очерчивая контур, и опускается к шее. Тело мое предательски трепещет от происходящего, да что уж там, у меня и голова кругом не только оттого, что он мне предлагает, но и в целом, от всего, даже от самой себя.