Книга Ненавижу. Скучаю. Люблю, страница 61 – Ники Сью

В итоге мы все же поехали вместе. Любопытство сгубило кошку, но не меня, по крайне мере, пока. Дорога заняла минут тридцать, и я вновь смогла прильнуть к спине парня, от которого бабочки вспыхивали в животе и начинали забавно порхать. Находиться рядом однозначно приятно, вдыхать его запах, ощущать тепло, чувствовать, как его грудь напитывается кислородом.

Дорога медленно уводила с городской трассы в сторону горной, но продолжала быть асфальтированной. Однако пейзажи заметно сменились. Пропали высокие здания, шум машин, светофоры. Зато появились звуки леса, пения птиц и шелест листвы. Серость улиц сменилась яркими золотыми красками. В воздухе парил запах грибов и осенних цветов, а шапки деревьев так и переливались, словно вырядились на карнавал.

Подул прохладный ветерок, и я еще больше прижалась к спине Антона. А потом мы остановились у одной из обочин, рядом со знаком с буквой «п». Там стояли несколько иномарок, видимо проезжаязона здесь заканчивалась. Антон заглушил двигатель, а я замерла, разглядывая, как в воздухе кружит листва, словно окрашенная в оранжевый цвет. Часто ли мы останавливаемся, чтобы оглянуться, часто ли замечаем, каким может быть красивым закат на голубом небе или как переплелись ветви деревьев. Жизнь бежит так быстро, что человек не успевает заметить красоту, которая вокруг. Вот как сегодня. Давно ли я замечала, что в лесу так красиво?..

— Я, конечно, не против объятий, но лучше тогда снять шлем, — раздался голос Антона. Я тут же опомнилась, отпустила руки с его талии и быстро слезла с мотоцикла, а затем и скинула шлем.

— Дальше пешком? — тихо спросила, продолжая любоваться высокими массивными деревьями.

— Ага, тут идти минут десять от силы. Ну и вид красивый открывается, на город. Лучше уж пешком.

— Ясно, — я кивнула, положила аккуратно шлем на байк, и, сжав лямку рюкзака, пошла прямо, в сторону тропинки, которая вела, судя по указателю, в тот самый храм. Тропинка оказалась узкой, она проходила змейкой, оставляя с одной стороны лес, а с другой обрыв, и вид на город.

— Снегирева, — крикнула Антон. Я тут же остановилась, словно по стойке смирно. Выпрямила плечи, и глянула в его сторону. Кажется, атмосфера природы слишком завораживала.

— Ты… ты тоже идешь?

— Ну да, — усмехнулся Леваков, догоняя меня.

Мы прошли буквально минут пять, пробираясь сквозь траву по колено и колючие ветви растений, которые то и дело задевали ноги. А потом я остановилась, разглядывая вдали разноцветные крыши. Отсюда они казались картонными, игрушечными домиками. Правей виднелись три пики горы. Ярко-зеленые. Словно покрытые пушистым ковром.

Я подняла ладонь к небу, сомкнула пальцы, а потом резко открыла их, и, прищурившись, начала вглядываться в голубые облака.

— Мама так всегда делает, — произнес Антон. Когда он только успел подойти настолько близко, что едва не прижимался спиной ко мне. Затем и вовсе наклонился, сказал за маму. Может надо было найти в этом какой-то скрытый смысл, но я пропустила реплику мимо ушей. Потому что думала только о шее, которую опылял жар, исходящий от заветной близости. Сердце забилось быстрей, будь его воля, оно бы совершило кульбит. По венам разлилось тепло, однако я старательно делала вид, будто мне все равно. С губ слетел быстрый вздох, затем я опустила руку, продолжая стоять неподвижно, и разглядывать белые облака.