Книга Больше, чем любовь, страница 10 – Ники Сью

— Да дофига кого не было, — Дава почему-то не сводил с меня глаз, мне становилось немного неуютно под его надзором. — Но я рад, что вы были. Любите хоккей?

— Брат Лины любит, — ответила за меня Лиля. Официантка в черном фартуке подошла к нашему столику и поставила с подноса заварные пирожные, а также чайник с чаем. В воздухе повис запах трав и шоколада. Будь мы вдвоем, я бы уже налила себе целую кружку, однако в компании едвазнакомых людей как-то рука не поднималась к чайнику.

Зачем они вообще нас пригласили?!

— Серьезно? Сколько ему? — Саша не переставал улыбаться, будто улыбка приклеилась к его лицу. Такой дружелюбный, приветливый и общительный. А рядом тучка. Большая, серая и злая по имени Ярослав.

— Он на два года младше Лины, — ответила Лиля.

— Вот как? О, простите, — у Давы вдруг стал звонить телефон. Он поднялся из-за стола и вышел на улицу, перед этим как-то больно виновато окинув нас взглядом. Атмосфера резко изменилась. Казалось, даже воздух вокруг наэлектризовался. Напряжение росло в геометрической прогрессии. От Громова исходили не иначе молнии, под стать его фамилии.

— Ой, а я руки помыть, — выдала Лилька и тут же ускользнула в уборную. Мысленно я выругалась, но вслух промолчала. А потом подумала, чего вообще смущаюсь? Нам принесли чай, пирожные, явно же не для красоты. Потянувшись к чайнику, я поднесла носик к кружке и наполнила ее ароматным напитком.

— Тебе налить? — спросила больше из вежливости.

Яр ничего не ответил. Я налила себе чай, поставила чайник на место и уже хотела сделать глоток, как с моих губ сорвалась крайне ненужная реплика:

— Тебе ведь неинтересно.

— А ты догадливая, — он похрустел шеей и поднял голову к потолку, словно большие круглые люстры были чем-то загадочным и притягательным.

— Тогда зачем ты здесь? — спросила я. Яр коснулся подушечками пальцев основания кружки и лениво провел вдоль нее. Диалог явно не строился. Громов, который затащил меня в шкаф и учудил игры с поджогом, был не особо болтливым. Хотя моя бы воля, я бы никогда с ним не заговорила. Однако мы сидели в кофейне, мы оба пришли сюда добровольно, и я до сих пор склонялась к мысли, что весь этот спектакль с дружелюбием Давы не иначе коварный план самого Яра.

— Знаешь, когда тебя не станет, а этот день обязательно случится, я надену розовое платье с надписью: "Умер самый болтливый парень на планете, давайте поплачем".

— Что ж, — вдруг заговорил Ярослав, усмехнувшись. — Если это все, на что ты способна — дерзай.

— Слушай, я никому не скажу о том, что случилось в раздевалке. Я не стукачка, — мне почему-то показалось, что нужно обговорить этот факт. Не хотелось бы за два месяца перед выпуском наживать себе врагов, тем более в лице этого парня.

— Можешь надеть розовое платье и надписью: "В раздевалке случилось нечто крутое".

— Это было совсем не круто! Не заблуждайся.

— Тот факт, что кто-то вроде тебя согласился идти на свидание с Саней, вот это реально не круто.

— Это не свидание, — возмутилась и тут же покраснела я. Ярослав откинулся на спинку стула и посмотрел на меня тем самым взглядом, которым смотрят на дураков. Мне захотелось ему врезать. Вот же хам.

— Я серьёзно, и не надо вот этих странных взглядов.

— Каких взглядов? — он склонил голову на бок, продолжая разглядывать меня без особого интереса.