Онлайн книга «Пепел»
|
– А в твоей умненькой голове не укладывается, что даже в классе, где ты живешь в образе тени, такой поступок не оценят? – Они не знают моего имени, какая разница, оценят или нет. И чего ты вообще вернулся? Правда, ответить Витя не успел. В кабинет вихрем влетела Анна Дмитриевна, но при виде нас двоих, у нее из рук выпал учебник по истории. Где-то секунду она прибывала в шоке, растерянно оглядывая пустой класс, потом собралась, подняла книгу и довольно серьёзным тоном поинтересовалась: – Где остальные? – В смысле? – Шестаков приставил к голове шлем, но надевать не спешил. – У нас урок, где весь класс? – У нас нет урока, – нагло соврал Витя. Теперь уже мы обе с Анной Дмитриевной зависли в молчании. Историчка была довольно строгой женщиной, не молодой, но и не старой, и предмет свой любила. Она редко ставила оценки за поведение, в отличие от многих, ругалась, но требовала к своей работе уважения. И такой поступок, вероятно, расценила, как плевок в душу. – Шестаков, вас всех оповестили о смене расписания. – Никто нас не оповещал, да, Рита? – кинул он на меня взгляд, требующий поддержки. Я сглотнула и, скорее против воли, кивнула. Был бы кто другой, ладно, но Витю подставлять не хотелось. Тем более он этот концерт устроил явно не ради себя. – В смысле не оповещал? На первой парте тогда откуда тетрадка с ручкой? – Вы даже фамилию своей ученицы не знаете, с чего вообще взяли, что она тут вас ждала. – А кого она тогда ждала? – изумилась историчка, губы ее сжались в тонкую нить. – Меня, – не растерялся Шестаков. – Собирайся, Романова, я тебя долго ждать буду? – Что за наглость! Шестаков! Мне ваши выходки уже вот где сидят. Немедленно! Я повторяю – немедленно верни весь класс и сам садись за парту. – У нас нет урока в расписании, плюс у меня планы, – продолжал упираться Витя. Я поднялась из-за стола, казалось, с каждой минутой напряжение в кабинете растет с уровнем геометрической прогрессии. Да и историчка уже началакраснеть, грудь ее ходуном ходила, а на раскрасневшемся лице под кожей бегали желваки. – Вить, – шепнула, дернув его аккуратно за край ветровки. Реакции не последовало. – Еще одно слово, Шестаков, и я вызываю ваших родителей. Мало мне уроков, сорванных вашим баскетбольным братством, но неуважения к себе я не потерплю! – крикнула Анна Дмитриевна. И нет бы, Вите замолчать, сесть за парту, но он будто специально продолжал ее провоцировать на конфликт. В конечном итоге историчка выскочила из кабинета, злая, едва не полыхая огнем. Мы и словом обмолвиться не успели, как Анна Дмитриевна вернулась, да не одна, а с классной, которая, мягко говоря, тоже была в не особо хорошем расположении духа. Казалось, уже никого не волновал побег целого класса. Наталья Егоровна при нас позвонила отцу Шестакова, и давай поносить своего ученика на чем свет стоит. Ни слова про побег, зато про грубость, хамство, жалобы учителей, прогул сегодня и много чего еще. Под конец она потребовала срочно явиться, в ином случае будут собирать педсовет. Поговорить я с Витей в итоге так и не смогла. Его потащили в кабинет к завучу дожидаться приезда отца, а меня отправили домой. Глава 22 - Рита Домой я уходила с грузом на сердце. Особенно тяжело было договариваться с совестью ночью. Я все поглядывала на часы и размышляла: обошлось или не обошлось. Даже мать утром заметила, что дочь ее какая-то мрачная, она так и сказала: |