Книга Дьявол всегда рядом со мной, страница 76 – Ники Сью

— У меня просто ручка не пишет, — выдавила из себя кое-как оправдание я, и уткнулась носом в тетрадь.

Все следующие уроки мне показалось, что Кирилл проглотил таблетку болтливости. Он буквально каждые пять минут старался откинуть в мою сторону колкую шутку, а на алгебре вообще выдал финт: заявил, что у меня на спине сидит паук, а ведь знал, что я насекомых боюсь, иначе бы точно не сказал ничего. Реакция последовала моментальная: я вскочила со стула и завопила, как будто сто ножей подставили к горлу.

— Убери, убери, убери!

— Стрельцова! В чем дело? — Возмутилась учительница, посылая взгляды-молнии в сторону нашей парты.

— Приступ бешенства? — Шутканул кто-то очень умный с первых рядом.

— Убрал, убрал, убрал, — улыбнулся во весь рот мой сосед по парте, поднимая ладошки к верху.

— Прошу прощения, паук был… на спине, — извинилась я и с лицом, как маковое поле, уселась на стул.

— Убью тебя, — прошипела уже тише, чтобы никто кроме этого клоуна не услышал.

— Люблю тебя?! — То ли спросил, то ли утвердительно сказал Кирилл. И от этой фразы мои щеки еще больше поплыли, во рту пересохло и в принципе, я потеряла дар речи. Шутить этот весельчак научился знатно.

— Стрельцова, Соболев! — Очередное замечание, которых за один только сегодняшний день прилетело в нашу сторону больше, чем пальцев на обеих руках. Я за всю жизнь столько не получала, ходила в отличницах и тихушницах. И тут на тебе, стала центром всеобщего внимания.

После третьего урока была большая перемена. Обычно в это время мы шли в буфет, а потом тусовались на улице, если оставалась свободная минутка. Соболев, к удивлению, из класса вылетел первым. Казалось, он едва высидел последние секунды, до ухода учителя.

— Вы прям в ударе сегодня, — кинула Ната, когда они с Танькой подошли к моей парте. Я все никак не могла найти кошелек.

— Это просто у кого-то с головой проблемы, — огрызнулась, хотя человека, которому предназначался этот комментарий, все равно уже не было.

— Надо Мишке сказать, вставил бы этому по яйцам, — злостно откинула Филимонова. Мы с Натой одновременно глянули на нее в полном непонимании. В последнее время она ничего не говорила про Кирилла, да и нелюбовь свою старалась не высказывать. А тут… было очень странно.

— Не надо никому ничего говорить. Особенно Мише. Вообще меня и его в одном предложении не упоминайте, — попросила я. От одного воспоминания как Михаил берет за руку, как заглядывает в глаза, становилось противно.

— Зря ты, Арин, — хмыкнула Танька. — Хороший парень, а главное в тебе души не чает.

— Пусть души не чает в ком-то другом, — отмахнулась я. Поиски кошелька дали результат, вернее полное его отсутствие. Видимо так спешила, что забыла закинуть важную вещь в сумку. И грустно, и голодно одновременно. Однако занимать деньги у подруг не хотелось, я в принципе не любила быть у кого-то в долгу.

— Слушайте, идите без меня, что-то живот прихватил, — соврала. Знала, если скажу правду, то меня не оставят в покое.

— Уверена? Может к врачу? — Заботливо уточнила Ната.

— Да, посижу и отпустит.

— Пошли, а то все булочки разберут, — хмыкнула Танька и с видом недовольной вороны направилась к двери. Мне было непонятно ее настроение,вернее резкая перемена в нем. Все лето мы болтали, смеялись и старались друг друга поддерживать. Даже на озере, когда Филимоновой приглянулся какой-то странный тип с сигаретой во рту, я пошла с ней, потому что подруга робела и не могла выпалить и слова перед ним. А сейчас она, слыша о моем плохом самочувствии, просто махнула рукой.