Книга Собирай меня по осколкам, страница 11 – Ники Сью

Только почему его взгляд до сих пор заставляет кровь застывать в венах. Пробуждает безумие под названием «надежда». То, чего нет. Не может быть. То, что я забыла. Выбросила. Выдрала с корнями. Я так думала.

А оно пряталось под кожей. За ребрами. В самом сердце.

Ненавижу тебя, Тимур. Люто ненавижу. За все. За каждый вздох, за каждую улыбку, за каждый поцелуй. Никогда не прощу.

- Маша, - послышался знакомый голос, вырывая меня из тяжелых воспоминаний.

Светлана Николаевна чудом появилась. Если бы не она, не знаю, что и было бы. Как бы я ушла, как встала на ноги. Да меня всю трясло, словно желе на тарелочке. Зато Тимур чувствовал себя уверенно. Ни один мускул не дрогнул у него на лице.

В сторону кабинета я шла с идеально ровной спиной. Будто мне привязали кол или толстую палку к позвонку. Пыталась дышать, пыталась отпустить мысли о Тиме. Но ничего не получалось. В ушах до сих пор полыхал его голос. Настолько громкий, настолько живой, казалось, мы все еще разговариваем.

Я кое-как села на стул, кое-как записывала в блокнот пожелания Светланы Николаевны. Однако ничего не понимала. Ни единого слова.

Пульс продолжал колотить сто срок. А может просто сердце сошло с ума. Потому что это Тимур. Там был Тимур. Прямо напротив меня. Смотрел. Своими неземными глазами. Невозможно. Это же невозможно.

Через десять минут Светлана Николаевна закончила говорить. Она ждала какой-то реакции, каких-то комментариев. Но я молчала. Сказать было нечего. Поэтому покорно кивнула.

Мы попрощались. И снова началась пытка. Я оглядывалась по сторонам, прислушивалась к звукам. Тряслась, как жертва, которая понимает – хищник рядом. Он смотрит, он готовится броситься.

Однако ни в лифте, ни в холле, даже в магазине я не встретила Тимура. В какой-то момент мне показалось, что это была галлюцинация. Не по-настоящему. Образ в моей голове. Голос из воспоминаний. Игра подсознания. Я пыталась убедить себя в этом. Глупо, конечно. Сродни сумасшествию.

После четвертой пары меня подловил Денис. Радостный, громкий, активный. Он что-то говорил и говорил. А я снова оглядывалась. Шла и оглядывалась. Мысли кружились, словно аттракцион: из начала в конец. По кругу.

- Машунь, ты чего? – остановился Романенко, дернув меня за локоть. Я перевела на него взгляд, прикусив нижнюю губу. За все три года никогда не смотрела так на Дэна. Но сейчас отчетливо уловила различия между ним и Тимуром. Глаза, улыбка, выдержка, даже походка другая.

- Голова болит, - соврала.

- Ой, давай в аптеку сходим? – Романенко чуть наклонился, сокращая, между нами, расстояние. Его горячее дыхание обжигало мне подбородок. На автомате я отвернулась, пряча глаза, полные переживаний.

- Не стоит, - произнесла через силу.

- Маш, - Денискоснулся пальцев моей правой руки. Навязчивое желание близости от него исходило всегда, но сейчас почему-то показалось, что он идет напролом.

Я вдруг начала задыхаться. Рядом с ним или от собственных мыслей, сводящих с ума. Не знаю. Неизвестно. Ответов у меня не было.

- Денис, мне нужно идти. У меня еще дела.

- Пойдем, провожу.

Романенко проводил меня до выхода из универа. Хотя готов был отправиться и на край света. Я ценила открытость Дэна, его чистые чувства, в которых не было ни капли лжи. А еще упорство. Денис не отступал. Пусть где-то на стороне у него проскакивали одноразовые связи, но он продолжал быть рядом. В трудную минуту. В радостную. Не просил ничего взамен. Разве что симпатию.