Книга Ты и Я - Сводные, страница 88 – Ники Сью

— А мне показалось, он хороший, — честно сказала я. Ведь Беляев, и правда, вел себя неплохо: бабушке помог тогда, и котенка снял. Разве плохие люди будут протягивать руку помощи.

— Может, повзрослел, конечно,но… имей в виду. Да и он вроде не серьезный тип, в плане отношений. А ты не одноразовая девочка, — последняя фраза Царева меня будто пробила. Я никогда не думала, какое произвожу впечатление. Но вот передо мной стоит парень, который до чертиков нравится, а я и не знаю, как реагировать на его, вроде бы, комплимент.

— А ты? Ты серьезный в плане отношений? — решаюсь на самый неожиданный вопрос. Хотя умом понимаю, мне ничего не светит. Где Илья, а где я? Мы живем на разных планетах. Даже если иногда попадаем в одну галактику.

— Нет, — Царев проводит рукой по подбородку, задумчиво всматриваясь куда-то вдаль. — Меня вообще отношения не интересует.

— И в любовь не веришь? — закидываю удочку в поисках последнего лучика надежды.

— А что такое любовь? Это древний коктейль из нейропептидов — молекул, которыми нейроны "общаются" между собой.

— Оказывается, ты очень неплохо разбираешься в научных штуках, — усмехнулась я столь громкому изречению. Сразу видно, передо мной не самый глупый парень. Да из всех моих знакомых, никто бы ничего подобного о любви не сказал.

— Раньше любовь нужна была, как способ защититься и выжить. Сейчас… скорее способ кайфануть. Я как-то читал статью клинического сексолога, она говорила, что любовь, похожа на зависимость от кокаина. Наверное, в этом есть доля правды. Я просто не хочу быть зависимым. Как-то так, — Илья слегка улыбнулся, но не особо радужно. Будто его слова шли в противовес с истинными желаниями. А может мне просто хотелось так думать. Принять и осознать, что парень, к которому тебя тянет магнитом, не верит в любовь и не хочет влюбляться, мягко скажем сложно.

— Все можно сравнить с наркотиком. Тот же самый кофе, который ты варишь. Да что угодно, — возмутилась я. Зачем? Не знаю. Где-то глубоко в душе слова Царева резанули, оставляя после себя неприятное послевкусие.

— Эй, я же говорил тебе, — Царев протянул руку и аккуратно заправил прядку волос мне за ушко. Действие его было настолько нежным, заботливым, что я вновь смутилась. Такой короткий миг, такая мелочь, а в животе бабочки взлетели. Я медленно тонула в собственных чувствах, упиваясь желанием и страхом одновременно.

— Дрессировке не поддаюсь, — закончил Илья, и мне вдруг показалось, что он прочитал на моем лице все, что я хотела от него скрыть.

— Комуты нужен, дрессировать тебя, — кое-как выдала я, спрыгивая с барного стула. Царев ничего не ответил на это, молча пошел заниматься уборкой.

Домой мы вернулись на такси, разошлись по комнатам и больше не пересекались. Зато Саша активно трезвонил. Я не отвечала, все думала о словах Ильи. А еще думала, что даю, пустую надежду Беляеву. Ведь он мне не нравится, по крайне мере, как парень. Как друг, Сашка был идеальным. С ним весело, спокойно, можно общаться на любые темы и не переживать ни о чем. Но как любимый человек рядом… тут все сложно. Мое сердце активно требовало другого, и не готово было рассматривать иные варианты.

Утром я встала поздно, будильник не сработал. Царев уже завтракал на кухне вместе с моей мамой. А вот Бориса не было.