Книга Девочка, ты попала, страница 97 – Ники Сью, Кейт Вэйл

Издав недовольный рык, она распахивает дверь машины, вылетает на улицу и с оглушительным грохотом захлопывает ее, послав в мой адрес череду крепких ругательств. Что же… такой исход вполне себе “ок”.

Откинувшись на спинку сидения, закрываю глаза и под мерное стучание дождевых капель по крыше, пытаюсь понять, как быть дальше. Хотя прекрасно осознаю, что попал в чертов лабиринт, из которого нет выхода.

Отъехав от дома Крис, я не спешу к себе, а бесцельно езжу по городу. Опускаю стекло, чтобы немного охладиться, привести мысли в порядок. Хотя это безумно сложно, я то и дело возвращаюсь к Агате, к тому, как она сегодня одиноко подпирала колонну.

Проехав несколько кварталов, останавливаюсь на светофоре. И вдруг замечаю Беркутова, которого едва не сбивает проезжающая мимо машина. Какой-то дурак на стареньком пикапе выехал с другого ряда не по правилам. А Кириллу хоть бы что, он с задумчивый видом, продолжает идти вперёд. Я несколько раз сигналю ему, не знаю зачем, наверное, если бы он остановился, спросил бы — все ли нормально. Но Беркут не останавливается, сворачивает в сторону парка.

Видимо не одному мне необходимо проверить голову.

Я сбрасываю очередной входящий от Лерки. Она как всегда пытается быть супер внимательной, помнит о моем дне рождении. Знаю, что даже устроила вечер-сюрприз, но мне все это ненужно. Я никогда не отмечал и не планирую делать из этого дня что-то особенное, радостное. Какой в этом смысле, если единственного родного человека рядом нет?

Обычно я прячусь у себя в комнате, смотрю фотографии, которые заныкал еще будучи десятилеткой. На этих фотках мы с мамой, она треплет меня по волосам, улыбается. У нее безумно красивая и теплая улыбка. Мне было хотелось увидеть эту улыбку еще хотя бы разочек, но увы…

Спустя столько лет даже глядя на эти снимки, воспоминания начинают стираться и тускнеть. А я хочу её помнить.

Кинув телефон на кровать, я спускаюсь на первый этаж, нет, не за выпивкой, просто хочу чая. Помню, когда мне было плохо или я болел, мама всегда делала мне вкусный фруктовый чай. Есть такие вещи, которые ассоциируются только с ней и хотя бы немного напоминают о том хорошем, что отец нагло вырвал из моей жизни ради денег, карьеры, и этого дома в том числе.

Я никогда его не прощу…

На кухне тихо, наша домработница сегодня выходная, а это значит, что я совсем…

— Кирилл, — раздается, как гром среди ясного неба женский голос.

— Привет, — сухо отвечаю отцовской любовнице, хотя она считает себя моей типа мамочкой.

Елена или как старик любит ее называть Леночка, у нас молодая блондинка. Волосы длинные по пояс, ухоженные, на которые она тратит кучу времени и денег, папиных на минутку. Окидываю девушку пустым взглядом, да, эта мадам относится к категории девушки — ей всего тридцать. Худенькая, вся такая аккуратная, выточенная, словно статуэтка. Отец на нее молиться, так любит, аж тошнит.

Поправив золотой браслет на запястье, Елена походкой от бедра подходит ко мне.

— А у меня для тебя сюрприз, — пухленькие губы растягиваются в улыбке. Она протягивает мне маленькую коробочку, перевязанную бантиком, и смиренно ждет.

— Да ну? — фальшиво улыбаюсь ей в ответ. — Как мило! — беру коробку, кручу ее в пальцах, замечая при этом, как у Лены горят глаза. Девушка немного наклоняется, отчего вырез на ее белой кофточке приоткрывается. Ажурное бельишко на показ.