Книга Мой прекрасный враг, страница 43 – Ники Сью

Однако с Королёвой подобного не возникло. Она нахваливала кухню, поражаясь тому, как люди умеют настолько вкусно готовить, затем плавно диалог перетек к универу, сессиям, преподавателям, скучным парам. Мы даже сошлись на общей мысли, что кафедра физры у нас бестолковая, как и предмет культурологии, который из года в год ведет несменяемая грымза, требующая вместо знаний дорогие подарки.

– А по праву у нас был просто атас, – вздыхала Королёва. – Эта танцовщица года мне не поставила в итоге зачет. Зато пацаны почти все получили, ну кто более красноречив.

– Право сейчас ведет молодуха?

– Да, Василиса. Такие, как ты, устроили ей концерт по заявкам, она аж утонула в смущении. А я билеты выучила, и меня послали… Ну это вообще нечестно.

– Я вот одного не пойму, если ты такая правильная, чего ты тогда с Щукиным встречалась? – сорвалось у меня. Хотя реально стало интересно, потомучто образ девочки, живущий по определенным принципам, не вязался с разлучницей. Такие быстрей в монашки подадутся, чем влезут третьим колесом. С другой стороны, в тихом омуте, как говорится.

– Не встречалась я с ним, – она подняла на меня глаза, походившие на два ярчайших сапфира. Взглянула с обидой что ли, будто я встал наравне со всеми, замахнулся и кинул помидор, как бы ставя клеймо позора.

– Слухи ходили разные.

– О тебе тоже ходят слухи, – Королёва отложила вилку на стол, поджав губы. А потом резко начала собираться, я аж опешил от ее скорости. Минута другая и она укомплектовалась к походу на улицу.

– Я не понял.

– А что непонятного?

– Сядь, – приказным тоном озвучил. Хотя надо было мягче, но я не умел быть мягким, порой даже мать обижалась на меня за грубость, колкости, называла потом в шутку ежиком. Однако в холодности были и свои плюсы. Например, каждый раз, когда я разрывал отношения с девушками, они лишь молчаливо смотрели вслед, не решаясь озвучить, какой я мудак и прочие женские громкие слова. В моей жизни не было никого, кроме отца, кто бы вставлял палки в колеса. Ладно, поправочка, в прошлом не было.

– Это будет восьмое желание? Тогда без проблем, сяду, – выдала Полина, строго всматриваясь в мое лицо. Забавно, минутой ранее мне казалось, мы нашли точки соприкосновения.

Я откинулся на спинку дивана, скрестив руки на груди.

– Нет, – растянул губы в язвительной улыбке. – Но у меня есть номер Власова, и если я ему скажу пару лестных слов о тебе, боюсь, свидание накроется медным тазом или уже накрылось?

Мне хотелось его убить! Ведь у всего есть предел, у моего терпения тоже. Да, мы вроде как неплохо ладили, уминая вкусный ужин, но этот Ледовский: холодный, беспринципный шантажист.

– Скажи честно, – я все-таки села, без особо энтузиазма, конечно, потому что не хотела портить завтрашнее долгожданное свидание с Егором. – В прошлой жизни я уничтожила планету, и теперь ты мне мстишь?

– Кто знает, – он повел плечом, воткнул вилку в оставшийся кусок говядины и начал медленно разрезать его на две части.

– Тогда я выпью еще фреша, – вздохнула, принимая поражение.

– Девушка, – щелкнул Максим пальцем. – Апельсиновый фреш, пожалуйста. И счет, будьте любезны.

– А пирожное я с собой заберу.

– Зажмотила? – выгнул он бровь, усмехаясь.

– Это мое любимое, почему я должна от него отказываться?

– Ну да, логично.