Книга Венни. В клетке со Зверем, страница 54 – Бетти Алая

— Семенов приезжал.

— Чего хотел? — стискиваю ее в руках, словно желая защитить от навязанного жениха.

Я ревную. Пиздец как сильно ревную свою принцессу. Не желаю оставлять её наедине с этим мудаком. Пока копаю и ничего не могу найти. Словно слепой котенок тыкаюсь.

— Удостовериться, что я в порядке.

— А ты в порядке? — заглядываю в её лицо.

— С тобой да, а с ним… — она такая милая, маленькая сейчас.

— Он тебе навредил?! Напугал?! — рычу.

— Нет… то есть да… блин, — она зарывается пальцами в волосы, — сложно объяснить. Но именно рядом с ним я ощутила этот страх, который пригнал меня на кухню посреди ночи.

Моя вина. Я должен был быть рядом с ней.

— Ты не должна больше оставаться с ним наедине, Крис, — говорю ей.

— Но у меня всё под контролем! — обиженно дует губки.

— Потому что я так сказал, принцесса.

Но реакция Кристины на мой приказ оказалась совершенно неожиданной.

Я всего ожидал. Криков, едких словечек. Но Кристина лишь опустила глаза.

— Хорошо.

— Так просто? — выгибаю бровь.

Пожимает плечиками.

— С тобой бесполезно спорить, — отворачивается, — чай сегодня будет или нет?

Ухмыляюсь. Иду к шкафу и достаю её любимый ромашковый листовой чай. Включаю подсветку кухонных шкафов. Вокруг разливается теплый рыжий свет.

— Я тут над Жанной пошутила, — улыбается, смотрит, как я кухарю, — ты сексуально смотришься у плиты, Марк.

Её замечание вызывает улыбку на губах.

— И как пошутила?

— А если бы ты не бросил меня утром, тоже бы поржал, — язвит крошка.

— Давай, рассказывай, — мажу взглядом по её голым бёдрам, чувствуя, что всё еще очень голоден.

В штанах снова до боли тесно.

— Я сельдерея ей в смузи накромсала, — хихикает, — а у неё аллергия!

— Да ладно! — еле держусь, чтобы не заржать, представляя покрытое красными пятнами лицо Жанны.

— Ага! Причем скорчила перед папой такую невинность, а он и поверил.

Вдруг её лицо становится печальным. Наливаю чай в кружку, кладу ложку сахара, как любит моя принцесса и ставлю перед ней.

— Что случилось? — накрываю ладошку Кристины.

— Как думаешь, мы с ним сможем снова, как раньше, общаться? Чтобы не было всего этого между нами?

— Если оба попытаетесь, то да.

— Номачеху нужно устранить, — делает глоток, — вау! Ты не растерял навыки, дикарь.

Сжимаю её попку, тыкаюсь в шейку и любуюсь ручейками мурашек.

— Допьешь, пойдем ко мне, и я продолжу тебя трахать.

Она дёргается. Молчит.

— Я знаю, что тебе мало, — облизываю мочку ее ушка.

Улыбается. Мы всё убираем, выключаем свет и поднимаемся ко мне в спальню. А там до самого утра я сношаю свою крошку, чтобы утолить лютый звериный голод.

— Марк… — утром она потягивается, глядит на меня, — ты не сбежал?

— Это моя спальня, принцесса, — смеюсь.

— Я хочу за тебя замуж, — вдруг заявляет она.

— Интересно, — ухмыляюсь.

— Да. Готовить тебе завтрак, детей родить. Нормальный дом. Как у всех…

— Было бы здорово, принцесса, — улыбаюсь, представляя, как она вытанцовывает на моей кухне в одном фартуке.

Член встает, мы снова трахаемся. Как кролики, честное слово.

— У меня с тобой член опухнет и отвалится, — ржу, когда мы лежим в постели после очередной порции «сладкого», — большой риск — вот так вот встречаться прямо в особняке.

— Отца и мачехи всё равно нет, — Крис стекает с моей постели и голышом топает в уборную, — ты со мной?

Ухмыляюсь. В душе мы задерживаемся на час. Член в буквальном смысле уже опухает. Яйца совершенно пустые.