Книга Случайная мама для сына магната, страница 78 – Анастасия Иванова

— Тогда не обращай внимания. Этот скандал завистники раздувают для таких, как они. Своя жизнь не складывается, вот им и надо узнать, что кто-то тоже страдает.

К счастью, к аудитории подходит Крылов и приглашает первого студента. Марина так же, как и я, утыкается в конспект и начинает повторять пройденные темы. Вот только сосредоточиться не получается: всё думаю о той женщине, что, возможно, является матерью Макара, и о её словах.

В итоге не выдерживаю и пишу сообщение:

«Видел?»

«Дома поговорим, малышка. Я уже решаю этот вопрос».

От его ласкового «малышка» становится немного легче.

Тетрадку закрываю: всё равно все слова идутмимо меня. Жду, когда прозвучит моя фамилия, но Крылов уже начал вызывать студентов на фамилию «Л», затем «М». Одногруппников становится всё меньше и меньше, а меня по-прежнему не вызывают. Когда подходит очередь буквы «У», Марина расстёгивает пару верхних пуговиц на блузке. Смотрит на меня, хмурится.

— Ты опять вся наглухо одета, хоть и в платье. Так у Крылова экзамен не сдашь.

— Про зачёт ты говорила то же самое, а я сдала.

— Совпадение, — последнее, что успевает сказать Марина, перед тем как скрыться в аудитории.

После ещё одной зашедшей пятёрки не выдерживаю и заглядываю в кабинет. Хочу напомнить о себе.

— Кравцева, вас вызовут.

Киваю, возвращаюсь ждать своей очереди. Совсем не понимаю, почему Крылов решил меня сегодня мариновать. В итоге захожу с пятёркой последних студентов. Тяну билет и иду готовиться. Мне везёт: вопросы попались те, что хорошо знаю.

Поэтому невольно обращаю внимание на то, что творится в аудитории, и с сожалением осознаю: «Марина права. Крылов принимает зачёт глазами. Парней он гоняет в хвост и в гриву. Аньке, нашей скромнице, тоже досталось. А вот ещё одной звезде потока экзамен достался за короткие шортики и маечку, из которой всё хозяйство вот-вот да вывалится.

— Кравцева, готовы?

Только сейчас осознаю, что осталась одна в аудитории, и от этого становится не по себе. Холодный пот выступает на спине. Ноги не слушаются, но я упорно иду к преподавательскому столу. Пытаюсь себя убедить, что нет никаких особых взглядов в мою сторону, и то, что мы одни в кабинете, — лишь совпадение.

— Ну что, Светочка, рассказывайте, — произносит Крылов и кладёт свою слегка влажную от пота ладонь мне на колено.

— Роман Никитич, уберите свою руку.

Мой голос не дрогнул, да и взгляд, уверена, у меня сейчас говорящий.

При этом сама встаю со стула. Не собираюсь терпеть приставания старого извращенца.

— Я не буду сдавать вам экзамен. Только комиссии.

Хочу уйти, но не успеваю сделать и пары шагов, как меня хватают за руку. Оставляют на нежной коже синяки.

— Никуда ты не пойдёшь! Берёг тебя. Хотел аккуратно за тобой поухаживать. Думал, особенная. А ты такая же, как все, — продажная тварь. Я, может, и не нефтяной магнат, но тоже не беден. Обеспечил бы тебя всем. Нет же, ты предпочла лечь под другого.

Мужчина большене сдерживает себя в высказываниях. Обзывает последними словами, а потом дёргает на себя и пытается впиться в мои губы своими. От мерзкого запаха тухлой рыбы и пота меня замутило, но, сколько бы ни вырывалась, всё бесполезно. Несмотря на возраст, преподаватель держал меня крепко.

Помимо мужчины, приходится бороться с собой. Точнее, с удушающей паникой, которая накрывает с головой. Чувствую, как в глазах начинает темнеть, а тело ослабевает. Страшно представить, что сделает этот мерзавец со мной. Начинаю биться ещё сильнее, чем явно только раззадориваю мужчину. И неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы дверь в аудиторию не ударилась с глухим стуком об стену.