Книга Красная тетрадь, страница 115 – Дария Беляева

Мне очень захотелось «Крем-соды», моей любимой газировки, но Максим Сергеевич принес только сок в большой банке. Его мы и стали пить, без стаканов, просто передавая банку по кругу.

Я чувствовал себя из-за этого большим хулиганом.

Максим Сергеевич сказал:

– Дети-дети.

Фира спросила:

– Вы волновались?

– Да, – сказал Максим Сергеевич. – Случись что, и это мне объясняться перед твоим отцом.

Мои руки были липкие от розового сока, и вообще мне хотелось помыться, но в то же время я боялся оставить Фиру одну.

Вдруг моему товарищу станет плохо!

Моему бледному товарищу!

Так мы просидели с ней почти до самого рассвета, зевали, мало что говорили, совсем не смеялись и очень устали. Максим Сергеевич нас не выгонял, он так и стоял у двери, будто сторожил нас. Только когда Фира уснула, мы с ребятами вернулись в палату.

Боря, Володя и Андрюша легли спать, не помывшись, что я очень осуждаю, я же пошел в душевую.

Долго и ожесточенно я тер себя бруском земляничного мыла. Обычно мне становится веселее, когда я чистый. Кажется, будто так я справляюсь со своей несовершенной природой, становлюсь лучше, чем я в естественном смысле есть. Но тут я мылся долго, под горячей водой смылил добрую часть бруска.

А все-таки мне было грустно за Фиру.

И в то же время обидно из-за Бори.

И очень хорошо вспоминались горячие губы Вали и ее прозрачные глаза.

И то, что Маргарита в своем белом платье так красиво танцевала с Володей.

Впечатлений накопилось слишком много. А когда я вернулся в палату, оказалось, Андрюша еще не спит. Он смотрел в потолок, плотно покрытый синеватым утренним отсветом, и держал руки за головой. Так часто рисуют мечтательных мальчишек в книжках.

– Привет, – сказал я.

– Доброе утро, – сказал Андрюша. – Хотя я еще не ложился. Девочка Диана зовет меня гулять.

– Ты ее забавно назвал. Ты пойдешь?

– Не знаю, – сказал Андрюша, посмотрел на меня, слабо улыбнулся и добавил:

– Я же такое чудовище.

– Не говори так, – сказал я.

– Не буду, – согласился Андрюша.

Я сказал:

– Суматошный вышел день.

– Да, – сказал Андрюша. – Ты будешь терять сознание?

– Не знаю.

– Фира такая красивая девочка.

– Это точно.

– И вся блестящая.

– Да. Ты испугался?

– Наверное.

Я сказал:

– Мы все ненормальные. Это нормально.

– Да?

– Так сказала Валя.

– Так и сказала?

– Не совсем. Но мысль была такая.

– Хорошо.

– Ты – мой лучший друг.

– А ты – мой.

Андрюша лег спать, а я вышел на балкон, чтобы записать всю эту историю. Теперь, когда я ее наконец закончил, надо прилечь хоть на часик.

Максим Сергеевич обещал, что будить нас не будет. И что мы сразу пойдем на море.

Как здорово мы сегодня катались на катере!

Это все Максим Сергеевич устроил с помощью Эдуарда Андреевича. Причем с помощью небольшой, так он сказал.

Я сейчас сижу и любуюсь на наш катер, его качает на волнах.

Он очень чудесный, остроносый, шумный, быстрый. Настоящий катер! А на боку у него краской написано «Береговая Охрана».

Мы туда все не вместились, поэтому нас катали по трое, по очереди. Ведь в катере только три места сзади и два спереди: одно для дяденьки, который шофер катера, а другое – для Максима Сергеевича.

Мы с Андрюшей катались вместе с Валей.

Я сел рядом с Валей. Ногам в катере было тесно, и наши коленки соприкасались.

Валя сказала:

– Ты же помнишь.

Я сказал:

– Я помню.