Книга Ночной зверёк, страница 85 – Дария Беляева

Мескете взяла за руку Маарни, они с Адрамаутом вывели ее из комнаты. Конечно, им хотелось попрощаться. Госпожа Шэа как ни в чем не бывало начала вытирать зеркало.

И Амти отчего-то захотелось ее поддеть. Она спросила:

— А что если Маарни будет Инкарни, как ее отец и мать?

Эли толкнула Амти локтем в бок, так что с Амти едва очки не слетели. Мелькарт хмыкнул, потом засвистел какую-то причудливую песенку.

— Амти! — сказал Неселим укоризненно, а Аштар и Шайху переглянулись. Госпожа Шэа обернулась посмотреть на нее. Глаза ее, казалось, светились в темноте. Вчера Амти этого не заметила, но сейчас видела очень ясно. Ее зрачки были золотистыми. Легкий отлив, едва заметный, и все же он был.

— У нее всегда останется выбор. Даже если он будет не так прост. В конце концов, каждый из нас волен выбирать. Может быть, это все, что у нас есть.

Вернулись Адрамаут и Мескете. Амти еще раз удивилась, как же Маарни похожа на Адрамаута, и подумала, что теперь легче могла бы представить его человеком, восстановив его облик по его дочери. Амти еще увидела, как Мескете и Адрамаут по очереди целуют Маарни — в висок и в нос. И услышала сдавленное:

— Я люблютебя, — которое выдавила из себя Мескете. И нежное, болезненное:

— Не скучай без нас, ящерка и учи язык жестов. Однажды мы заберем тебя и будем жить, как настоящая семья.

В том, что сказал Адрамаут была правда, которую, наверное, никому не захотелось бы признавать. Время проходило, а их дочка росла без родителей. И этого времени нельзя было вернуть никак и никогда. Каждый день, который они теряли, безвозвратно исчезал и никогда его уже не вернешь.

Они простились с госпожой Шэа, сердечно ее поблагодарив. Одна только Амти отчего-то все еще злилась на нее. На прощание госпожа Шэа улыбнулась ей и подмигнула. Потом госпожа Шэа увела Маарни, и Амти увидела, что Маарни шмыгает носом, готовая заплакать. Адрамаут сказал:

— Мелькарт и Амти, вы будете предпоследними, вы уже ходили во Двор. Первым буду я, чтобы присмотреть за остальными там, а последней Мескете.

Мелькарт жестом показал Амти, что следит за ней.

— Только попробуй сбежать.

— Я и не собиралась, отстань!

— Вы должны понимать, — сказала Мескете. — Что вам нужно почти умереть, чтобы вы первый раз попасть во Двор. И я не хотела бы, чтобы вы забрызгали кровью мамину комнату. Поэтому, ложитесь.

Мескете прошла мимо лежавших Эли, Аштара, Неселима и Шайху. Она указала Адрамауту на Эли и Аштара. Адрамаут кивнул. Он подошел к Эли, сел рядом с ней.

— Не бойся слишком сильно, хорошо? Хотя не скажу, что страшно не будет.

Амти видела, как редкие лучи света, проникающие в темноту сквозь задернутые шторы, ловятся в отражение зеркал. Было в этом что-то жутковатое. Как будто так же легко сюда поймались бы их души.

А потом Адрамаут сжал руки у Эли на горле, она дернулась, пытаясь вдохнуть. Амти зажмурилась, она хотела смотреть на это и не хотела одновременно, она слышала хрипы, вырывающиеся из горла Эли и хотела увидеть, как она борется за жизнь, будет ли это смешно или возбуждающе. Но Амти не открывала глаза, чувствуя, как где-то у нее внутри нарастает возбуждение непонятной ей природы, которое тут же испугало ее.

Когда Амти открыла глаза, Эли уже лежала без сознания. С Аштаром Адрамаут обходился менее бережно. Амти увидела, что на лице у Аштара нет страха. На губах у него играла легкая улыбка даже тогда, когда он стал терять сознание. Адрамаут взял на руки Эли, и в этом было что-то красивое.Как чудовище со своей жертвой, подумала Амти. Он кивнул Мелькарту, который помог оттащить Аштара. На плече у Адрамаута висела сумка с оружием, вторую доверили Мелькарту. Зеркало, когда Адрамаут сделал шаг к нему снова стало как вода. Оно блеснуло, по нему пошли темные волны. Адрамаут прошел туда вместе с Эли, а Мелькарт толкнул, надо сказать довольно грубо, Аштара. Амти вдруг показалось, что оттого что их здесь так много происходит что-то особенное. Ей казалось, что теперь свет тонул в зеркалах. И что раздвинь Амти сейчас шторы, эти зеркала поглотят без возврата солнечный свет. Мескете прошлась между Шайху и Неселимом, а потом надавила ногой Шайху на грудь. Он заорал, но Мескете резко ударила, так что внутри что-то хрустнуло. Шайху дернулся и затих. Удар был выполнен профессионально, будто ей не раз приходилось это делать.