Книга Крысиный волк, страница 117 – Дария Беляева

И Амти повторила за ним вслух будто синхронный переводчик. Аштар фыркнул.

— Что? — спросила Амти.

— Просто Мелькарт убеждал нас ехать направо. Мы прочесывали леса вместо того, чтобы двигаться вдоль моря. Потому что, это же логично, коварная похитительница детей скорее ведьма из домика в лесу, нежели смотритель маяка.

Амти показалось, что Аштар сейчас руль вырвет, настолько сильно он в него вцепился. Он злился, может на Мелькарта, может на себя, а может на весь мир, потому что где-то, уже совсем близко, была заперта его сестра.

Ее Эли.

Теперь, когда они повернули, позади были видны не только машины Ашдода и Адрамаута, но и начало густых лесов вдали. Впереди же был берег моря, казалось впивавшийся в горизонт.

— Что мы будем делать? — спросила Амти.

— Возьмем пушки и пойдем стрелять, — ответил Аштар. — Что нам еще остается делать?

И вправду. Амти не знала ответа на этот вопрос. Следовавшие за ними машины не отставали. Волны страха то накатывали на Амти, то уходили, сливаясь в ритме с настоящим, штормящим по правую руку морем. Гирсу исчез позади, сменялись маленькие поселки, полузаброшенные, а иногда и вовсе забытые. Встречались и старые кладбища, усеянные покосившимися надгробиями и ворохами искусственных цветов, возможно переживших тех, кто приносил их сюда.

Чем дальше, тем чаще они проезжали места оставленные людьми. По левую руку царило запустение всего человеческого и преходящего, а по правую билось непокорное, вечное море.

Они ехали около двух часов, закончилисьпоселки и деревни, а море все длилось. Наконец, Амти увидела возвышение, на котором находился старомодный, каменный дом с высокими окнами. Она узнала его мгновенно. Эту книжную, неестественную красоту сложно было забыть. Постаревший на полсотни лет, это был дом Шацара. Амти увидела, что окна там заколочены. К дому вела долгая дорожка вверх по скале, куда не проехать было на машине. Идти пришлось бы долго и муторно, оттого создавалось впечатление, что дом отрезан от всего мира, недосягаем и добраться туда почти нереально.

Впрочем, Амти прекрасно помнила и чувства, которые этот дом вызывал у шестилетнего мальчишки Шацара. Казалось, из него нет выхода, потому что не видно было ни города, ни поселка, ни деревни, ни единого другого дома поблизости.

Оттого и море, и скалы, и дорога — все казалось продолжением дома, ведь не было ничего чужого. К маяку шел мост, построенный на бетонных сваях, которые столько лет облизывало море. Маяк стоял на небольшом островке, тоже возвышаясь на ним. К нему вела металлическая лестница, шедшая по отвесной скале. Высокий, белый маяк вызывающе выделялся на фоне темнеющего неба. Аштар остановил машину почти у самого моря.

— Надеюсь ты насладилась гонкой, — пропел он.

— Ну, в общем и целом, — сказала Амти.

Они вышли из машины, и Амти почувствовала запах моря, сбивающий с ног своей силой — соль, холод и далекие, бесконечные льды. Если присмотреться, можно было увидеть их кромку.

Машина Ашдода остановилась с таким же трудом, с каким заводилась. Воплощение Света он все-таки или воплощение бомжа, Амти хихикнула, и тут же поймала скептический взгляд Ашдода. Из машины Адрамаута вышла Мескете. Ее лицо снова было закрыто, а глаза были злыми, но ничуть не обеспокоенными. Это были глаза матери, которая выжжет целый мир, если это понадобится, чтобы найти ее ребенка.