Книга Крысиный волк, страница 20 – Дария Беляева

— Быстрее, Шайху, — сказал Адрамаут ровно перед тем, как раздались первые выстрелы. Дверь в комнату была далеко не такая надежная, как дверь в квартиру, Амти благословила Вселенную за то, что пуля не попала в зеркало. Шайху и Яуди исчезли, зеркало почернело, но трещинами еще не пошло.

— А если зеркала не хватит и оно треснет до тебя? — спросила Амти, но Адрамаут, который без Мескете явно справлялся с дисциплиной хуже, просто толкнул Амти вперед. Амти услышала еще выстрелы, потом почувствовала привычный холод океана, пропускавшегоее сквозь себя и, совершенно неожиданно, голова у нее закружилась. В ушах зазвенело, и Амти ощутила, как теряет сознание.

Шацар открыл глаза, глотку больше не жгло, и он мог дышать свободно, свободнее, чем когда-либо. За секунду до того, как картинка обрела ясность, он услышал навязчивое, громкое жужжание мух. Место, где он оказался было темным, пахло кровью и деревом. Некоторое время глаза Шацара привыкали к темноте, и он только дышал кровью и деревом, слушал жужжание мух и пытался понять, как так получилось, что дома только рассвело, а в месте, где он оказался было темно.

В конце концов, он рассмотрел смутные очертания комнаты. Шацар явно находился в подвале, здесь был дубовый стол, от него тянуло кровью сильнее всего. На столе Шацар нащупал инструменты — здесь было все — от пилы и тесака до тонких, острых спиц. Больше ничего рассмотреть было нельзя, в подвале не было источника света. Шацар на ощупь стал продвигаться дальше, пока не наткнулся на лестницу. Он пополз по ней на четвереньках, чтобы не упасть и тем самым не издать лишнего шума. Он не был уверен, что хочет познакомиться с хозяином подвала, пахнущего кровью.

Вокруг него облачком витали мухи, будто особенный ажиотаж вызвало у них присутствие кого-то, кто не пахнет кровью и мясом так одуряюще сильно. Шацар слышал какие-то шорохи, кто-то скребся, но будто бы не в подвале, а под ним. Шацара насмешила мысль о подвале под подвалом.

У него было навязчивое ощущение, будто кто-то смотрит на него, но этот кто-то не стремился пообщаться с Шацаром или съесть его. Шацар нащупал в темноте ручку двери осторожно надавил на нее, и она поддалась. Он медленно вылез, глаза уловили слабый источник света за окном. Алым блестела на медном небе луна, Шацар открыл рот, а потом снова его закрыл. Луна удивила его — по всем правилам она не должна была быть такой.

Он находился в месте, больше всего напоминавшем охотничий домик. Ощущение чьего-то навязчивого взгляда усилилось, но теперь Шацар мог объяснить его. Отовсюду на него смотрели чучела лесных зверей и птиц. Они были сделаны нарочито плохо — шкуры часто были испорчены, через тела шли швы, морды были искажены. Таксидермист, по крайней мере Шацар читал, что так называются те, кто делает чучела, явно не был хорош в своем деле. Однако у его созданий были живые глаза, эти глаза двигались в глазницах, в абсолютной тишине можно было расслышать влажные звуки, с которымиворочались в черепушках эти глаза. Шацар ткнул палец в глаз ближайшей сове и почувствовал живую влагу.

Глаза были настоящими, все эти существа, по-видимому, все еще были живы. А, может быть, хозяин дома просто научился сохранять глаза от разложения. Обычно их делают из стекла, Шацар читал. Он вдумчиво кивнул, наблюдая за уродцами, наблюдавшими за ним. Здесь меньше пахло кровью и больше — деревом. Наверное, внизу таксидермист потрошил трупы.