Книга Крысиный волк, страница 34 – Дария Беляева

— Ты, наверное, умственно отсталый, — вздохнул Мардих, погладив Шацара по плечу лапкой. Шацар посмотрел на него с недовольством.

— У тебя — сказал Шацар. — Мозг птицы.

— Я не уверен, что у меня есть вообще какой-то мозг, — сказал Мардих. — Я — душа в трупе птицы.

— Это интересно, — сказал Шацар.

— Ты точно умственно отсталый.

— Ты.

— Нет, ты.

— Нет, ты.

— Я же говорил.

— Я же говорил.

— Ты что издеваешься надо мной?!

— Ты что надо мной издеваешься?

— О, я тебя подловил, ты изменил порядок слов!

— О, я тебя подловил, ты изменил порядок слов.

Они шли вперед, дорога была удобной и чистой, и Шацар почувствовал, что от напряжения болит все тело. Тогда он сел на холодный камень и заплакал.

— Я тебя обидел? — спрашивал Мардих, летая над ним. — Хочешь мышку принесу?

Но Шацар не отвечал. Некоторое время он плакал, потом напряжение ушло. Он встал, как ни в чем ни бывало, оставив Мардиха в недоумении. Минут через пятнадцать лес начал редеть, открывая тропинку, выводившую к полю, скованному горизонтом.

— Туда, — сказал Мардих, и Шацар посмотрел в сторону, куда указывало его крыло. Он открыл рот, издал стон удивления. Вдали он увидел настоящий замок, и он был так велик и огромен, больше всего, что видел Шацар когда-либо. А еще он переливался огнями удивительнее всех огней, разноцветными и мигающими. Будто сам дворец был обернут блестящей гирляндой, как новогодняя елка.

— Ударь ее! — услышала Амти.

— Ты что, с ума сошел, Мелькарт? Наверное, ты недопонял. Ты в этой машине на случай, если Шацар захочетс нами связаться, а не чтобы обижать ребенка.

— Спасибо, что напомнил мне, что я бесполезный радиоприемник, умник.

— Заткнись, Мелькарт, — сказал Адрамаут, а потом погладил Амти по голове. — Вставай, соня, мы приехали.

Амти зевнула. Она лежала головой на коленях у Адрамаута, ей было удобно и сон никуда не уходил. Амти нехотя открыла глаза, села и принялась тереть виски. Адрамаут коснулся пальцами ее лба, сказал:

— Мне кажется, ты заболела, малыш.

— Но ты же не будешь отпаивать ее куриным супом прямо сейчас?

— Нет, прямо сейчас я расплавлю тебе язык.

— Не ругайтесь, — попросила Амти. — Голова болит.

Она выглянула в окно и увидела, впервые за столько времени, собственный дом. Остроумно, Шацар, подумала Амти мрачно.

— Мы ждем тебя здесь. Если будешь отсутствовать дольше часа, постараемся попасть внутрь, — говорил Адрамаут, но Амти почти его не слушала, она смотрела на слепые окна своего дома, как в чьи-то умершие глаза. Ее прекрасный дом с большой террасой и качелями в саду. Как он там, без нее? Знакомые очертания — здесь прошла ее жизнь.

Хотя, если подумать, то не такая уж большая ее часть, успокаивала себя Амти. Да, куда больше времени она провела в школе.

— Там может быть мой отец, — сказала Амти. — Не делайте глупостей.

Несмотря на волнение и грусть ее все еще тянуло в сон, будто организму было совершенно плевать на все, что происходило с ней. Амти посмотрела на Мелькарта, потом на Адрамаута. Лица их выражали беспокойство, и Амти поняла, что надо идти. Она вылезла из машины и отправилась к открытым воротам. Она широко зевнула, наглотавшись бодрящего холодного воздуха и пошла через заснеженный сад. Захотелось покачаться на качелях, но нельзя было заставлять Шацара ждать. Особенно если он угрожал отцу Амти.