Книга Дом всех тварей, страница 16 – Дария Беляева

Алу складывала документы в папку, подписанную ее именем, и Амти принялась доставать экзаменационные работы. Графика, живопись и композиция, стандартный набор. И если графику и живопись Амти рисовала почти автоматически, то работа по композиции - рисунок на свободную тему, нравилась ей самой. Амти нарисовала девушку с большими, воспаленными глазами в больничной рубашке. Она сидела в палате и смотрела на цветущий за окном сад, где Амти старательно прорисовывала каждое синеющее пятно анемона, каждый долговязый ирис, каждую связку колокольчиков. Сад должен был быть прекрасен, а девушка должна была быть больна, но ее глаза впитывали красоту лета, и в ее густых, спутанных волосах притаились маленькие, разноцветные птички, которыхона совсем не замечала.

Алу перебрала рисунки, разложив их по разным отсекам ее личного дела для рассмотрения комиссией, но работу по композиции она изучала очень долго.

- Вот это действительно очень здорово, - кивнула она. - Остальное ничего, но это здорово.

Амти ожидала, что остальное тоже будет здорово, однако быстро кивнула.

- Спасибо.

- В этом и вправду что-то есть. Надеюсь, встретимся на факультете, Амти.

Амти вдруг стало невероятно приятно, она почувствовала, что краснеет. Никогда еще ее рисунки не хвалили так искренне. А потом Амти увидела у Алу на руках, там где кончаются рукава блузки, следы от уколов, а может от капельницы, которую ей ставили. Рисунок показался ей личным, может быть, ей было знакомо ощущение, которого сама Амти никогда не переживала, но сумела передать. Амти и Алу шире улыбнулись друг другу. Когда Амти поднималась, она уронила папку и, слишком суетливо нагнувшись за ней, не уследила за очками, они сползли на нос. На свету алое кольцо вокруг ее радужницы горело ярко. Амти заметила взгляд Алу, быстро поправила очки.

Алу сглотнула, будто ожидала, что в любой момент Амти на нее бросится, и не сказать, что такая мысль не приходила Амти в голову. Она сделала шаг назад, помотала головой, будто Алу не так поняла.

- Я не...

Ложь была ее первым, инстинктивным позывом. Амти прокашлялась, останавливая себя, а потом сказала:

- Я одна из тех Инкарни, которые спасли девочек.

- Да. Я слышала об этом, - сказала Алу странно бесцветным голосом, потом попыталась улыбнуться. - Я все думала, кого вы мне напоминаете.

- Я здесь живу. Меня не преследуют Псы. Я живу в Государстве. Меня не казнят. Это ведь значит, что я могу здесь учиться?

- Я уточню, - быстро сказала Алу.

Но Амти знала ответ - это значит, что в Государстве ее не убьют, но она все еще никто. И на что Амти только надеялась. Почему она думала, что у нее вообще может быть нормальная жизнь?

- Я имею в виду, - сказала Амти. - Я ведь здесь легально. Не было прецедентов, но может быть для меня сделают исключение?

- Да, конечно, я спрошу, что можно сделать.

- Я вообще не хотела говорить, что я Инкарни.

- Я вынуждена буду это уточнить. Другие студенты. Вы же понимаете, с вами будут учиться люди.

Алу старалась улыбаться, но у нее не слишком получалось.И Амти поняла, что так уязвило, обидело и испугало ее во взгляде Алу. В нем не было страха, злости или оторопи. Была только жалость, чуточку брезгливая, будто она увидела, что у Амти есть какое-то врожденное уродство, за которое она не в ответе, но которое, тем не менее, делает ее отвратительной. И неспособной делать все, что делают остальные люди.