Книга И восходит луна, страница 137 – Дария Беляева

Грайс решила поскорее попасть домой, а по пути купить Лаису что-нибудь хорошее, вроде нового чехла для телефона или ведерка мороженого из "Баскин Роббинс". Лаис любил лимонное с заварным кремом, оно всегда его радовало.

Грайс с тоской посмотрела на свой салат, нехотя доела его и, выбросив контейнер в положенное место, в отличии от многих ее коллег, с чувством выполненного долга пошла к лифту.

Позади нее оставался уютный кафетерий со сносной едой, и ее очаровательный лаборант Джайстин, который все время болтал о том, как он состоял в каком-то братстве с названием, которого Грайс не могла запомнить, в Йеле.

В целом, Грайс должна была быть счастлива — монотонная работа, позволявшая ей быть наедине с собой, лаборант, выполняющий функцию радио, коллеги, с которыми можно обсудить расчеты и даже какао в меню кафетерия.

Войдя в лифт, Грайс улыбнулась своему отражению. Дом Хаоса справится с Бримстоуном, кто бы там ни состоял. Они ведь боги, они все могут. А Грайс может расслабиться. Подумав об этом, Грайс почувствовала, как легче становится дышать.

Она нажала на кнопку, рядом с которой было написано "-3". Этажей подземной парковки было пять. Большинство из парковочных мест пустовали, однако "Файзер" предпочитал эргономичности простор. Парковочные места разделялись между персоналом сразу же и никогда не менялись. Такая стабильность Грайс нравилась. К примеру, она попала в пустой сектор, и на протяжении почти всей парковочной линии у нее не было соседей, только в самом конце застывали иногда высокие, черные машины топ-менеджеров. Грайс полагала, что доставшееся ей парковочное место выражало уважение и почтение. Благородное соседство никоим образом Грайс не волновало, однако его редкость приветствовалась. Двери лифта беззвучно открылись, и Грайс вышла в широкое и темноепространство. Несмотря на все усилия по обеспечению освещения, обилие широких столбов, отграничивающих парковочные места друг от друга, мешало белесому свету озарять все огромное помещение. Столбы, как осы, были размечены черным и желтым, и Грайс до сих пор не знала, что это означает. Вообще-то и водила Грайс не слишком хорошо. Кайстофер предлагал, чтобы ее отвозил и привозил личный водитель, однако Грайс отказалась — ей не хотелось новых знакомств, субъективно она была переполнена ими на многие годы вперед. А молчать, пока ее возят туда и обратно каждый день, казалось ей невежливым и оскорбительным по отношению к человеку, который ей помогает.

Словом, было решено купить машину. Грайс настолько не интересовало, что у нее будет за автомобиль, что его выбирали Лаис и Маделин.

Таким образом Грайс стала обладателем малиновой "Мазды", совершенно не сходившейся с ее представлениями о себе и своих вещах. Однако, Грайс с честью и благодарностью приняла заботу Лаиса и Маделин. С "Маздой" они почти поладили, машина это была хорошая, только резковатая на вкус Грайс. Однако Грайс практически приноровилась. Особенно ей нравилось, когда дорога была длинной и пустой, и все напряжение покидало Грайс, как воздух покидает воздушный шар.

Грайс шла к своему парковочному месту. Помещение вроде бы поддерживалось в идеальной чистоте, и все равно из-за своей сумрачности и обилия бетона, лишь изредка аккуратно раскрашенного в неряшливые цвета, оно казалось обшарпанным. Казалось, о нем позабыли в стремлении к роскоши и красоте. Парковка в прямом и в переносном смысле представляла собой нижний мир по отношению к основным помещениям. Унылое пространство, лишенное всего богатого изящества верхних этажей. Даже лаборатории "Файзера" приводили в восторг красотой и блеском своих приборов.