Книга И восходит луна, страница 158 – Дария Беляева

В дверях стоял Ноар, который казался ей совершенно незнакомым. Кайстофер помог Грайс подняться, но она не почувствовала его прикосновения, тело будто онемело.

— Нельзя делать это так быстро, — сказал Кайстофер. — Ты должна подготовиться к разъединению.

Кайстофер и сам выглядел ошеломленным. И Грайс поняла, что у него ведь это тоже впервые.

— Вы что трахались, ребята?

— Еще одна подобная реплика, и тебя долгое время не будет по-близости.

— Какой загадочный способ угрожать, Кайстофер!

Грайс обняла Кайстофера, будто чтобы наверстать упущенный момент мягкого отделения от него. Ноар вскинул брови.

— Беременность сделала тебя сентиментальной?

Кайстофер и Грайс тут же отсели друг от друга на разные концы кровати. Грайс расправила измятую юбку.

— Ты, наверное, пришел за чем-то, Ноар.

— Если ты пришел просто поговорить, найди кого-нибудь другого, в крайнем случае загляни в интернет, — сказала Грайс.

— Злые вы какие, — фыркнул Ноар. — Я просто подумал, вам будет интересно, что думает полиция по поводу покушения на тебя, Грайси. Но если нет, что ж.

Ноар потянулся, а потом развернулся к двери.

— И чего ты ждешь? — спросил Кайстофер. — Что мы скажем "о, нет, Ноар, вернись"?

— Но мы заинтересованы.

— Мы заинтересованы, — передразнил Ноар. Он прошел в комнату, встал перед ними. А потом самым неожиданным образом Кайстофер подался к нему. Он был выше Ноара, но обычно Грайс не обращала на это внимания. Сейчас Кайстофер выглядел угрожающе, он чуть склонился к Ноару, оскалив зубы, гримаса на его лице была нечеловеческая, как будто он не слишком понимал, какэто — управлять человеческой мимикой. Это было и смешно и жутковато.

— Я не хочу, чтобы ты говорил со мной или с ней в таком тоне.

Грайс вспомнила, что никогда прежде он не жаловался, дурной характер Ноара стойко терпели все.

— И если ты не будешь слушаться, я заставлю тебя осознать, как сильно ты ошибаешься, считая меня безобидным богом.

Ноар поднял руки.

— Эй, эй, я не считаю тебя безобидным богом.

И Грайс поняла, что она впервые видела злость Кайстофера, не другой его, по-детски жестокой части, а именно обсессивно-компульсивного, ценящего сдержанность превыше всего Кайстофера.

Может быть, разъединение и его вывело из равновесия. Ноар, к его чести, напуганным не выглядел, разве что ошеломленным. Впрочем, Ноара было сложно напугать чем-то. Особенно так, чтобы это не доставило ему удовольствия.

И все же Грайс видела, как Ноар нахмурился. Наверное, ему так же хорошо, как и Грайс представлялось, что Кайстофер мог просто разбить ему голову — для него этот поступок был бы намного легче, намного естественнее, чем для Ноара привычным образом выстрелить в оказывающего сопротивление преступника.

Та черта, которую переступал Ноар была много толще, чем нить, отделявшая Кайстофера от его предков, которые убивали людей, как мелких насекомых.

— Все в порядке? — спросил Ноар. — Хочешь, я даже извинюсь?

— Этот мелкий инцидент того не стоит, — быстро сказал Кайстофер. Он снова сел на кровать и с вежливым интересом спросил:

— Так что насчет покушения? Полиция выяснила что-то полезное?

— Тут сложно, — сказал Ноар. Они с Грайс закурили. Грайс чувствовала охватывающий ее волнами страх при воспоминаниях о парковке. Странное дело, еще недавно ей казалось, будто она со стальным спокойствием перенесла все происходившее.