Книга Марк Антоний, страница 90 – Дария Беляева

— Нет! — крикнул я. — Никаких больше долгов!

— Никаких больше долгов, — согласился Курион-старший, прижимая палец к губам. — Так вот, я погашу часть твоих долгов безвозмездно и поручусь за тебя по поводу остальной суммы.

— Но зачем тебе это? — спросил я, делая вид, будто ничего не понимаю.

— Я просто думаю, что ты, каким бы скверным молодым человеком ты ни был, не заслужил такого скверного наследства, а уж тем более не заслужила твоя бедная мать, которая и без того, должно быть, намучилась с тобой. Но ты должен пообещать мне кое-что взамен.

— Что? — спросил я блекло, будто не верил в то, что говорит мне Курион-старший.

— Никогда более не видеться с Курионом и, тем более, не являться на порог моего дома. Думаю, это небольшая плата за мою помощьтвоей семье.

— Но мы друзья! — вскричал я.

— Да, но разве по-дружески тонущему тащить за собой кого-либо еще?

Я еще поспорил с ним для приличия и согласился. На прощание Курион-старший даже обнял меня.

— Все будет в порядке, Марк Антоний, — сказал он. — Если мое доброе дело поможет тебе вернуться на дорогу добродетели, значит мы встретились не зря.

Ах, какой благодушный папа, правда, братик?

Но я в тот момент и вправду плакал.

Вот так я решил, по крайней мере временно и отчасти, наши проблемы с деньгами. Курион-старший и моя женитьба на Фадии обеспечили нам еще несколько лет спокойной жизни.

Как ты наверняка помнишь, я был чрезвычайно горд собой, все налаживалось. Кроме того, теперь вы могли получить хорошее образование, мама всегда этого хотела.

Я чувствовал себя героем, хотя разве не был мой поступок весьма примитивной манипуляцией?

Однако, Курион действительно несколько выправился. Думаю, не из-за отсутствия моего дурного влияния (тем более, отсутствие отсутствовало), а, скорее, потому что его отец что-то понял, беседуя со мной. Например, как далеко в своем падении может зайти одинокий человек. Мне кажется, Курион даже что-то такое упоминал. Мы и вправду стали встречаться реже, и я даже затосковал.

А потом вдруг за ужином мама завела разговор о моей женитьбе.

— Тебе уже двадцать один год, Марк, — сказала она. — Пора тебе подумать о твоем будущем.

— И убить себя? — спросил Гай.

— Не смей так шутить, Гай, — сказала мама так же спокойно. — А тебе, Марк, пора жениться. И, мне кажется, я подыскала для тебя очень хорошую девушку, которая поможет тебе остепениться. Ее зовут Фадия.

— Так, — сказал я. — А почему я ее еще не…

— Марк, — сказала мама. — Она дочь весьма богатого человека. Вольноотпущенника.

— Ух ты, — сказал я. — Прямо даже так?

Какой позор, правда? Стать мужем дочери раба, пусть даже и бывшего, пусть даже и очень богатого, но все-таки раба. Но я был в настроении делать жертвы ради своей семьи.

— И сколько же ей лет? — спросил я.

— Она твоя ровесница.

— Вдова? В разводе?

— Она еще девушка.

Я ткнул тебя в бок и сказал:

— Кажется, мама нашла мне достойную партию, дочь раба и старая дева. Я так остепенюсь, что даже умру слегка.

Больше всего меня смущало в Фадии даже не ее происхождение,а ее возраст. Что же у бедной девушки с лицом, если так долго не брали замуж даже с хорошим приданным?

Но, как сказал мне старый ее отец, вертлявый, сверкающий глазами, похожий на еврея человек:

— Скоро созрело, скоро и сгнило.

А у него, стало быть, первосортный товар.