Книга Чужой наследник 1, страница 75 – Данил Коган, Саша Фишер

Откуда-то доносятся звуки борьбы, перемежаемые криками «Но, позвольте!» и звуками оплеух. Но мне лень даже голову повернуть. Надеюсь они, перед тем как дать парню леща, перчатки сняли.

Святов наконец проорался и встал надо мной, уперев руки в бока. Выглядит внушительно. Щас будет поздравлять. Не люблю я все эти дифирамбы, восхваления и грубую лесть. Но придется терпеть. Такова цена славы!

— Олег! Ты, сука, идиот!!! Имбецил, сука, нах!!! Я тебя щас сам добью, мать твою!

Здрасте, приехали! Я тут, можно сказать, всех спас. Жопу в кровь на имперский герб порвал. Заслужил, как минимум, орден сутулого с закруткой на спине. А еще нож хороший посеял. А мне тут, всякие там фигвамы рисуют. Но сил отгавкиваться нет. Вместо этого сделал дебильное лицо, и пустил из уголка рта слюну, сопровождая все звуком «Эээ…».

Святов раздулся, как давешний бурдюк, открыл рот… а потом начал громогласно ржать. Хоть у меня и наблюдается травма класса«ушиб всей бабки», тихонько подхихикиваю. Уж очень он заразительно смеется. Так-то нам щас палец покажи — смешно будет. Только больно смеяться, зерг! Но, говорят, полезно. Врут, собаки сутулые, вот что я вам скажу.

Интерлюдия. Павлоград. Дворец Алмаза

— И что сподвигло, вас, лорд Бюлов, просить нашей внеочередной аудиенции? Случилось что-то, что не могло подождать до понедельничного совещания коллегий?

Задавший вопрос мужчина лениво перевел взгляд с окна, на стоящего навытяжку министра по делам одаренных. Император сидел, откинувшись в кресле, всем своим видом выражая недовольство столь несвоевременным визитом.

— Ваше Величество! Я осмелился побеспокоить вас, по вопросу, важность которого мне неясна.

Император вздернул бровь. Бровь можно вздернуть по разному. Иногда такой жест означает что-то вроде «Какого ты меня лечишь?», или, например «Что ты несешь, пес смердящий?» или «Подожди минутку, холоп, я кликну придворного палача». Вариантов много. Но, к счастью для министра, эта конкретная вздернутая бровь выражала легкую иронию и дозволение продолжать.

— Дело в том, что возможно, то, что я узнал мне не по уровню. Когда я попытался прояснить вопрос в архивах я нашел только приказ одного из ваших предшественников. Приказ изъять все относящиеся к делу документы. Без пояснений.

— Интересно, — Император сменил расслабленную позу на рабочую. Подался вперед. Опершись локтями на стол, составил руки домиком. Посмотрев через получившуюся конструкцию на лорда Генриха Мартина Бюлова. Сделал снисходительный жест. В данном контексте жест означал «Прошу садиться». — Продолжай. Я весь внимание.

Пристроившись на самый краешек золоченого кривоногого стула, министр умудрился сохранить такой вид, как будто до сих пор стоит по стойке смирно.

— Ваше Величество наверняка помнит о секретной схеме, позволяющей определять силу драгоценных кланов. Артефакт в большинстве случаев довольно бесполезный.

Император одобрительно кивнул, мол знаю про схему. Но бровь снова начала подниматься. Еще немного, и выражение его лица будет означать «Зачем ты тратишь мое время?». Сердить повелителя Ожерелья не входило в планы министра, и он торопливо перешел к сути дела.

— Центральная схема содержит девять камней. Напоминает герб Ожерелья, но в центре октагона находится королевский опал. Он никогда не подавал признаков жизни. Обычные опалы и султаниты в схеме есть, независимые семьи фокусников в основном. И они светятся.