Книга Чужой наследник 3, страница 108 – Данил Коган, Саша Фишер

Комната, судя по всему, была курительная. Через распахнутую дверь в соседнее помещение были видны столы с бильярдом. Здесь же был организован столик с закусками и второй, с выпивкой. Двое молодых людей дымили сигарами, единственная в кампании девушка курила сигарету через длинный мундштук. Я оказался шестым по счёту, включая хозяина дома. Все ребята и девушка выглядели молодо. Разброс между двадцатью и двадцатью пятью годами максимум. Все, кроме одного, были огранёнными. Четверо топазов, во главе с Игнатовым, и девушка — турмалин.

Алексей, слегка уже навеселе, приветствовал меня широким взмахом стакана и радостным воплем:

— А вот и наш герой, в честь которого устроено это небольшое суаре! Имею честь представить вам, драгоценные господа, эра Олега Строгова. Грозу фоморов, ликанов, личей и прочей нечисти. Моего лучшего заказчика месяца и просто отличного парня!

ОЛЕГ И АЛЕКСЕЙ

Все зааплодировали, причём, похоже, искренне. Я даже слегка смешался от такого добродушного приёма. Я привык, что в среде аристократов и благородных надо держаться настороже и быть готовым отразить словесную атаку. А эти ребята прям с порога хвалят. И в принципе не видно косых взглядов или поджатых губ.

— Эр Строгов. В этом маленьком сообществе принято обращаться друг к другу по именам без титулов. Поддержите?

— Конечно. Только ты представь остальных, Алексей. Я знаком только с тобой.

— Непременно! Единственная дама в нашей компании — несравненная Василиса Премудрая. То есть яхотел сказать Алиева. Из младшего рода Юсуповых, — кольцо серебряное с золотым ободком. Аристо. — Умна, проницательна, серьёзна как гробовых дел мастер. Непонятно, как всех нас терпит.

Девушка сухо кивнула мне, без улыбки или малейших проявлений эмоций на лице. Из её ауры выплыл, невидимый остальным, довольно могущественный дух и направился ко мне. Облетел кругом и вернулся к хозяйке, сопровождаемый натуральным рычанием Ика, который материализовался тоже незаметно для остальных, но не для Василисы и её духа. Девушка слегка склонила голову, набок, бесстрастно рассматривая моего фамильяра.

— Следующим представляю тебе…

Так и пошло. Трое парней оказались из младших родов клана Игнатовых. Вернее из одного рода, но из разных семей. Ещё один парень — безродный самоучка, Иван Солнцев, выгрызший своего «эра» у Ожерелья талантом и трудом. Он явно робел в этой компании и больше помалкивал. Остальные относились к нему как к «сыну полка», слегка покровительственно, но без грубости. Было понятно, что он чей-то протеже, прижившийся в здешней семье Игнатовых и ставший своим. Он, кстати, был самым молодым среди собравшихся, не считая меня. Шестнадцать и уже мастер!

Пришедших после меня оказалось ещё трое. Когда вошёл первый, я чуть не вздрогнул, до того он был похож на Аристарха Медведева. Но это был, конечно, не он. Средний сын Владимира Медведева-Зубина — Матвей. Сразу после представления он принялся приносить мне извинения от имени рода за поведение родственника из старшей ветви, хотя, вообще-то, это было не принято. Одной из самых занимательных черт его облика были тонкие круглые очки, аксессуар, несвойственный огранённым, как и, собственно плохое зрение.

Двое других тоже младшие отпрыски клановых родов. Родимир Дарский из Рубинов и знакомый мне уже аметист Стефан, с которым мы гоняли родового призрака-хранителя. Увидев меня, он демонстративно отвернулся.