Книга Чужой наследник 4, страница 38 – Данил Коган, Саша Фишер

Сперва самые шустрые напоролись на минное поле. Даже противопехотные мины — это дорого. Но, повторю, что сказал однажды: люди дороже. Первые ряды чудовищ покрошило в фарш. В радиусе тридцати метров от минного заграждения многим монстрам сильно поплохело. Осколки ранили тварей и, хоть и не убивали, но делали их слабее, замедляли. Напор на промежутки между эскарпами ослаб. Жаль, что мины — фокус одноразовый. И твари далеко еще не кончились.

Дальше наступило время обычных ям. Вернее, даже рвов. Которые были выкопаны аккурат в самих проходах. С вкопанной в них кое-как заточенной арматурой и набросанной на дно путанкой. И закрыты маскировочной сеткой. Первые ряды тварей полетели вниз, а задние, не видя, что происходит в проходах, продолжали напирать. Рвы стали быстро наполняться, монстры спрыгивали вниз и бежали по телам своих же, втаптывая их в путанку и насаживая на колья.

К этому времени уже все эскарпы, так или иначе, оказались втянутыми в сражение, а Хмарь перестала продуцировать монстров. Выдохлась.

Аэростат, сделав«круг почета» над скоплениями тварей, возвращался, чтобы зависнуть над центром манора. С борта тоже вели огонь, причем из гранатометов-восьмидесяток. Лупили они в белый свет, как в копеечку, по самым крупным скоплениям. Также оттуда постоянно поступали сигналы флагами. Святов или кто-то от него эти сигналы отслеживал, чтобы контролировать ситуацию по всему защитному периметру. Еще двое наблюдателей сидели на зиккурате. Радиосвязь и коммы у большинства защитников временно сдохли, нам оставался только такой экзотический способ передачи сигналов и команд.

За время боя стена Хмари отодвинулась еще на полкилометра. И это УТР еще не вышел на рабочий режим. Для этого ему требуются примерно сутки.

Сам я не стрелял и почти не обращал внимания на кипевший бой. Занял позицию, с которой наилучшим образом просматривалась внутренняя часть защитного периметра.

Вот в бой вступили чистильщики, выжигая лезущих из рвов тварей огнеметами. Некоторые из них бежали на вершины эскарпов, где твари все же прорвались и заставили защитников прекратить огонь. Ничего критичного. Все под контролем.

Вот взревели моторы мехов. Пришел их черед. На короткой дистанции их огнеметы и шрапнельные пушки производили просто чудовищное опустошение рядах монстров. Шум сражения усилился, хотя это и казалось невозможным.

В этот момент мне в затылок прилетела пуля, выбив фонтан крови и мозгов изо лба. Вторая пуля попала в ранец огнемета, которым был снабжен один из гвардейцев, и площадку, где находилась моя команда, накрыла волна огня от взорвавшегося резервуара. По эскарпу заметались фигуры горящих бойцов.

Надо сказать, выстрел был потрясающий. В такой кутерьме выцелить конкретного бойца, да еще и влепить ему пулю в голову… Если бы стреляли не в меня, я бы поаплодировал. А так… я хлопнул по плечу, стоящего возле меня Матвея и «призрачным шепотом» для него и Ломова произнес:

— Это «гадюки». На девять часов. Возьмите хоть кого-нибудь живыми!

Матвей активировал портал. Ломов сорвался с места, увлекая за собой моих гвардейцев. Я же, чувствуя, как тает аура на поддержание столь масштабной иллюзии, прицелился в одного из бойцов «гадюк» и выстрелил ему в район ног. Дистанция была метров сто пятьдесят. Судя по тому, что он рухнул куда-то за бруствер, я попал.