Книга Чужой наследник 4, страница 50 – Данил Коган, Саша Фишер

— А ну, сдриснул баклан! Ты мое место занял.

В ответ Николя положил на стол левую руку с перстнем ограненного и лениво процедил:

— Ты что-то сказал, мусор? Я не расслышал.

— А не! Показалось вам. — И быковатый уселся за свободный столик позади основной делегации.

Представительный господин, очевидно тот самый вкрадчивый, сел за мой столик, а вертлявый пристроился чуть позади него, копируя позу Августовича.

За столиком воцарилось молчание. Я, лениво прихлебывая из кружки, разглядывал своего визави. Ограненный. Рубин. Мастер. А по внешнему виду и не скажешь. Да и не похож на боевика. Костяшки не сбиты. Руки холеные. А перстня рангового нет, кстати. Вкрадчивый тоже молчал и рассматривал меня. Старая детская игра, кто начнет первым. Я не стал дожидаться окончания раунда. Просто поставил пустую чашку на блюдце и крикнул:

— Счет, пожалуйста, Дарья. — Достал из кармана портмоне. В общем всем своим видом показал, что готов уходить.

— Уже уходите? — Разродился наконец Вкрадчивый. — Как-то невежливо с вашей стороны, Олег Витальевич.

— Для тебя эр Строгов. Или драгоценный господин. Эта встреча тобой инициирована и нужна тебе, а не мне. У меня нет времени на игру в гляделки.

— Вы так уверены, Олег Витальевич? Как по мне, вам эта встреча нужна не меньше, а может быть, и больше, чем нашей организации.

— Давай определимся. Ты прячешь огранку и ранг. Если ты из благородных, так и быть, некоторая вольность в обращении допустима. Если ты гражданин — по факту, изволь обращаться ко мне как положено. Иначе разговора не будет. Это, так сказать, граничные условия для проведения беседы.

— Да ты че рамсы попутал, цыпа? Тебе уважение оказали, что вообщебакланить с тобой, по-человечьи начали, а ты нам тут титулом светишь? Да срать мы на него хотели! — завелся Вихлявый.

— Карл Августович. Если это животное еще раз откроет пасть, отрежьте ему язык, пожалуйста.

— Конечно, эр Строгов, как прикажете. — У Августовича в руках мгновенно появился обоюдоострый кинжал самого зловещего вида.

Вихлявый вскинулся было, но Вкрадчивый остановил его одним мановением руки и коротким:

— Закройся Сивый. Зря вы так, эр Строгов — он поморщился, словно кислое сглотнул, — разговор начинаете. С позиции силы. Мы проверили. Серьезных людей за вами нет. Не так уж и неуязвима небольшая семья благородных, тем более в таких диких местах, как это.

— Ну вот. Угрозы пошли. Скука! — я зевнул.

— Это не угрозы. Просто вы не с того начали разговор. Вам действительно предложили нормальную встречу, чтобы обсудить возникшее между некоторыми членами нашей организации и вашей семьей недопонимание.

Дипломат, ептыть! Недопонимание, зерг. Нет. Оборзели отбросы. Людьми себя почувствовали. Уважения требуют.

— Под непониманием ты подразумеваешь покушение на похищение моего брата и воспитанницы? Или выстрел в мою машину из гранатомета? Это не недопонимание. Это объявление войны. С какой стати ты решил, что я вообще буду с тобой что-то «обсуждать»? Я сюда не за этим пришел.

— Заметим, что никто из вашей семьи в результате этих самовольных действий не пострадал. А вот наша организация понесла ущерб. — Попробовал он вернуть «беседу» в привычный для себя формат взаимных предъяв и торговли. Но я действительно не за этим пришел.

— Да мне насрать. Ваши люди объявили мне войну. То, что нет жертв с моей стороны — мое достижение, а не их недоработка. Они объявили войну. И проиграли. И это ваши люди. Я не собираюсь ничего обсуждать, кроме безоговорочной капитуляции. Отныне ваша организация лишается права иметь в форте смотрящего. Раз вы настолько озергели, что не видите разницы между щипанием простецов и граждан и покушениями на членов благородного сословия, я вам эту разницу наглядно объясню. С применением силы.