Книга Звезда заводской многотиражки 3, страница 61 – Саша Фишер

— Да ладно, может и правда во сне кто-то кричал, — с сомнением проговорила Даша. Я даже шагнул, было, назад, к своей двери, но в последний момент передумал и решительно толкнул дверь Дарьи Ивановны. Комната оказалась не заперта, дверь распахнулась.

— Дарья Ивановна? — спросил я в темноту. — С вами все в порядке?

Раздался не то стон, не то всхлип. Я пошарил по стене рядом с дверным косяком. Потом чертыхнулся и поднял руку повыше. Да блин, где этот чертов выключатель?!

«Посмотри в шкафу», — подсказал внутренний голос с интонациями Задорнова.

— Даш, — прошептал я. — Там на столе рядом с плиткой свечка в чашке. И спички.

Чиркнула спичка. Дрожащее пламя свечи осветило комнату Дарьи Ивановны. Ковер, кровать, комод, тумба, книжная полка… Кресло под вязаной накидушкой.

— Дарья Ивановна?

Хозяйка сидела на корточках, вжавшись в угол между стеной и комодом. Одета в глухую фланелевую ночную рубашку, волосы всклокочены. Глаза открыты. И следят за моими перемещениями с диким совершенно выражением.

— Дарья Ивановна? — снова повторил я, не приближаясь и вообще не двигаясь. Только свечку протянул на вытянутой руке.

— Ты кто?! — громким шепотом проговорила она.

— Я Иван, снимаю у вас комнату, — медленно сказал я. — Что с вами? Может быть, вызвать скорую?

— Нет!!! — как можно шептать и кричать одновременно? И она будто бы попыталась вжаться в угол еще сильнее. — Только не врачи! Только не эти убийцы в белых халатах! Они все дети сатаны!

— Хорошо-хорошо, — согласился я. — Никаких врачей, только не волнуйтесь. Вы у себя дома.

— Нет! —снова этот дикий свистящий шепот. — Дом совсем другой, другой! Не здесь!

Взгляд ее стал бегающим, пальцы начали тревожно теребить узкий ворот ночнушки, будто пытаясь его расстегнуть.

— Какой сейчас год? — спросил вдруг я. На удачу. Ну вдруг, а?

— Что за дурацкие вопросы ты мне задаешь? — она оскалилась, как испуганная собака. Глаза ее начали дико вращаться, будто она следила за чем-то невидимым, перемещающимся за моей спиной по комнате. — Ты кто?

— Я Иван, — терпеливо повторил я. — Я хочу вам помочь.

— Себе помоги лучше, — огрызнулась она. — Не нужна мне никакая помощь! Кто меня сюда притащил? Где я?

— Как вас зовут, вы помните?

— Меня зовут… — начала Дарья Ивановна, и дикий бег глаз остановился. Взгляд уставился в одну точку, куда-то над моим левым плечом. Я даже оглянулся, чтобы проверить, не стоит ли там Даша. Но нет, она все еще стояла в дверях, не решаясь войти. — Меня зовут… Как ты меня назвал?

— Дарья Ивановна, — ответил я. «Будь с ними спокойным, терпеливым и доброжелательным, — вспомнились мне наставления Феликса Борисовича перед моим первым визитом в психиатрическую лечебницу. — Скорее всего, тебе придется повторять вопросы по несколько раз, так что готовься. Не выказывай ни в коем случае раздражения и нетерпения».

— Нет, только не так, — она замотала головой из стороны в сторону, и ее волосы, и так пребывавшие в беспорядке, растрепались еще больше. — Она умерла, умерла! Я видела ее гроб, а следом шли семь призраков с такими же вот свечками. Кто ты? Теперь ты пришел за мной?

— Какой сейчас год? — снова спросил я.

— Середина всего, — сказала она. — Весы. Перекресток. То место, где время останавливается и поворачивает вспять! Но никто не видит и не слышит, все слепы и глухи, и могут только втыкать мне в вены эти противные иголки. Чтобы я замолчала, ибо только я вижу правду!