Книга Звезда заводской многотиражки 4, страница 98 – Саша Фишер

— Это же временно, — сказал я. — Я всего лишь хочу попробовать свои силы и принести пользу газете и своему заводу…

— Нет-нет, Иван, даже не думайте оправдываться, — замахал руками Феликс. — Вот, держите коробку, езжайте к своей Дарье, а я сейчас же сяду на телефон…

Я вышел из подъезда и перевел дух. Ох и тяжело же мне даются подобные разговоры, прямо взмок весь, пока слова подбирал, чтобы попросить за себя, любимого. «Вот поэтому ты, Жан Михалыч, и не добился в жизни ни черта! — сказал внутренний голос. — Выгоду свою видеть получать не умеешь. Давай, учись уже! Второй шанс тебе дали, не проманай его!»

Пока я сидел у Феликса, снегопад усилился. Кружащиеся снежинки превратились в крупные хлопья и повалили сплошным потоком. Город погрузился в ватную зимнюю тишину. Красиво, вот только, черт возьми, опять нагребу полные ботинки снега…

Черная волга мигнула фарами и тронулась с места. Сначала я как-то не обратил на нее внимания, хотя в этом дворе почти никогда не парковали автомобили на ночь. Как почти ни в каком дворе, что уж. Не принято было. Купил машину, покупай гараж. Но тут сработал мой прошлый, точнее будущий, жизненный опыт. Для которого двор, заставленный машинами до упора — это такое же рядовое зрелище, как курлычущие голуби или, скажем, бродячие собаки. Кто на такое вообще обращает внимание?

Волга остановилась прямо передо мной. И задняя дверь ее приветливо приоткрылась.

— Здравствуй, Иван, — массивные очки блеснули в тусклом свете. Взгляд его был внимательным. Испытующим. Холодным.

— Добрый вечер, Прохор Иванович, — сказал я. Удивился? Нет, пожалуй что. Можно сказать, я даже ждал чего-то подобного, только не знал, в какой именно форме наша встреча произойдет. Значит, вот так. Ну что ж… Эффектно.

— Получается, что ты мне жизнь спас, — после долгой паузы проговорил он. — Даже не знаю, что за помрачение на тебя нашло.

Не похоже, что он намерен броситься ко мне целоваться в десны. Скорее просто констатировал факт. Даже с некоторой досадой, как будто.

— Получается, что так, — кивнул я, ожидая продолжения. Не просто же так он караулил меня у подъезда Феликса, выкурив половину пачки редкого в Союзе «Мальборо». И парясь в распахнутой дорогущей дубленке.

— Не знаю, чего именно ты добивался, Иван, но… — каждое слово давалось ему как будто с некоторым трудом. — Но… спасибо. И поскольку я не люблю находиться в долгу, то…

Он завозился, извлекая из кармана портмоне. Щелкнул замочек. Слегка дрогнувшими пальцами Прохор извлек из недр кошелька толстую пачку сизых «четвертных». Зашелестели купюры. Четыре. Восемь. Двенадцать… Тысяча рублей.

— Хороший способ сказать спасибо бедному родственнику, — усмехнулся я, но кивнул и деньги забрал, конечно.

— Мы в расчете? — резко спросил Прохор. — Или ты хочешь чего-то еще?

Я смотрел на его лицо. Разглядывал, можно сказать. Настоящий Иван Мельников считал этого человека злом и активно под него копал. А я обнаружил, что этот холеный чиновник — совсем даже не главная спица в колесе. Вряд ли он безгрешен, аки агнец, но все же… Меньшее зло. Наверняка мутит какие-то схемы, подворовывает у государства себе в карман, но вот устилать свой путь трупами — это почерк совсем другого человека. А Прохор… Да черт его знает, что с ним такое. Но свои долги он платит. Нашел же способ выйти на меня и всучить хотя бы денег. Хотя мог этого и не делать…