Книга Красный вервольф 3, страница 95 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

Такой сторожок я всегда выставлял, особенно сейчас, нужно быть очень аккуратным. Получается, что в моей берлоге кто-то сидит и поджидает меня. Если бы это были СД-шники, они взяли бы меня прямо на входе, не прячась, целой когортой. Со стволами, выкриками и прочими мордобитиями. А внутри сидит либо друг,либо тот, кто пришел меня убить. Неужели Доминике я теперь стал не нужен, и она послала по мою душу убийцу? Вот сучка, а у меня еще кулаки за нее чесались и душа побаливала. Ладно, сейчас проверим.

Я вытащил из сапога заточку. Громко покашлял, матюгнулся, мол, забыл что-то на кухне и потопал вниз. Громко бухая по ступенькам каблуками.

Спустился, спешно скинул сапоги и бесшумно по кошачьи босой поднялся наверх. Ступеньки родненькие не скрипнули, я в них в последнее время периодически гвоздочки подбивал плотнее и воду на доски плескал, чтобы не ссыхались, разбухали и не скрипели. Марфа постоянно на меня ворчала, мол, безрукий, опять воды разлил, невдомек старухе, что ступеньки должны скрипеть только тогда, когда я этого захочу.

Резко распахнул дверь и очутился в своей каморке. Замахнулся заточкой, но рука остановилась на полпути, в метре от перепуганной рожи Рубина, который вальяжно расселся на моем топчане.

— Ты чего дядь Саш? Убить меня хотел? — выдохнул цыган.

— Фух… Предупреждать надо, что в гости заявишься. Если ты ко мне пришел, кирпичик тот, что за балкой спрятан, выставлять на видное место должен на чердаке, как договаривались.

— Прости, дядь Саш, из головы вылетело, злой я сегодня злой, как черт, — скрипнул зубами цыган. — Обидели меня знатно.

— А чего так? — только сейчас я заметил фингал под глазом у Рубина. — Звездюля получил? Кто тебя так?

— Да полицай один в шляпе приблатненной, сука! Не заплатил мне, и я ему, как полагается, на спину плюнул, а он возьми и обернись в этот момент. Я, конечно, отбрехаться пытался, мол, господин хороший, это я в голубя плевал, что возле меня трется и гадит на мое место рабочее. Но он мне в глаз кулаком зарядил и сказал, что в комендатуру доложит, чтобы меня с площади убрали. Вот такие дела, дядь Саша. Не будет скоро у нас с тобой этой точки, где вся праздная братия и шушера на виду. Эх, жаль… И работы у меня не будет.

— А что за полицай? — спросил я. — В шляпе говоришь?

— Ага, и в костюмчике в фраерском не затасканном. Усищи, как у бора, только рыжие и плетьми висят.

— Ясно, никуда он жаловаться не пойдет, легкие он сегодня выплюнул, — улыбнулся я и рассказал Рубину про случай на станции.

Цыган обрадовался, кулаки сжал, прошипел, что чертяке в ад прямая дорожка и пожелал ему вдобавокмучительной смерти.

— А ты чего пришел-то? — вывел я его из думок о свершившейся сладкой мести.

— Ты сказал мне за складом номер шесть поглядывать, где мы с тобой часового прихлопнули, — Рубин перешел на шепот. — Там немцев понагнали сегодня с утра, что-то явно намечается.

— Пошли, понаблюдаем издалека, — кивнул я и вышел из каморки.

Рубин поперся за мной.

— Куда, блин? — шикнул я на него. — Выходи, как пришел.

— Ладно, — вздохнул цыган и полез в окошко на чердаке, ворча под нос, что о доски и колючее дерево всю одёжу себе уже изорвал.

Встретились с ним в условленном месте через квартал от дома Марфы и пошлепали к реке в строну склада, который числился как продовольственный. Вышли на набережную, и дальше праздно-прогулочным шагом направились в сторону таинственного строения.