Книга Красный вервольф 4, страница 70 – Саша Фишер, Рафаэль Дамиров

— Это ты верно рассудил, — оскалился Серега. Потом вдруг на лицо его как будто туча набежала. — Тебя вчера этот искал… Очкастый такой…

— Лаврик? Из НКВД? — спросил я.

— А не знаю я, как его зовут, — мотнул головой Серега. — Мне по чину не положено с такими шишками общаться. Но он шибко хотел тебя видеть.

— Мне кажется, что вы кое-что не поняли, Александр Николаевич, — в очках Лаврика отразилось пламя керосинки, и выглядеть он стал совершенно по-демонически. Будто специально выставлял свет именно так, сс*ка. Кстати, не исключено, что так и было. Он же явный позер. По лицу видно, как он тащится от своего особого положения. Прямо приторной становится рожа, когда он видит, как от его взгляда народ бледнеет и старается расползтись в стороны. Меня он вытащил из-за обеденного стола. Окликнул, и тут же остальные ребята прижухли и сунули носы в тарелки. А у Лаврика тут же лыба до ушей. И жмурится, как довольный кот. Хотя стращать народ вроде как в его обязанности и не входит… Хотя хрен знает. Мало ли, что там у него за обязанности.

— Я прохожу по другому ведомству, Юрий Иванович, — ответил я, сел на стул, закинув ногу на ногу.

— Я не разрешал тебе садиться, — отрывисто бросил Лаврик.

— Я не дрессированная собачка, чтобы ждать команды, — я усмехнулся и пожал плечами. Отвечать я старался без наезда. Лаврик злился, что его мрачная аура на меня не действует, и пытался меня продавить. А я не собирался продавливаться. Но и кабаном переть на него тоже не хотел. А то он и так аж побледнел, того и гляди ствол выхватит и всадит мне в грудь всю обойму. Без суда и следствия. Так что я растянул губы в улыбке и принял вид лихой и придурковатый.

Несколько секунд Лаврик молча смотрел на меня. Ноздри его раздувались, в очках мрачно поблескивало пламя.

Потом его отпустило. Он расслабился, откинулся на спинку кресла и даже позволил себе криво улыбнуться.

— Тут вот какое дело, Александр Николаевич, — произнес он. — С одной стороны, ваша самодеятельность мне до лампочки. С другой, странно, что вы не хотите понять, что ваша жизнь и свобода сейчас зависит только и исключительно от моего к вам доброго отношения.

— И как я дожил до этого момента, ума не приложу, — пробормотал я себе под нос.

— Что вы там сказали? — он подался вперед.

— Ничего важного, — хмыкнул я. — Я тоже кое-чего не понимаю. Ваши инструкции я полностью выполнил. И документы подбросил, и новую жертву оформил, согласно всех пожеланий.

— Но вы покинули лагерь, не уведомив меня! — снова повысил голос Лаврик.

Бл*ха, не люблю я эти уловки чекистов всех мастей. Хороший-плохойполицейский в одном лице, угрозы-назидания-посулы в одном флаконе, смешать, не взбалтывать, подать холодным.

— А я разве должен отчитываться о каждом шаге? — я снова изобразил жизнерадостного придурка. — Насколько я помню, уговор был в том, что я продолжаю деятельность вервольфа с некоторыми вашими дополнениями. Вкидываю фрицам дезинформацию. Кстати, хотел спросить… Что именно мы им вкручиваем? Ну, то есть, что за выводы они должны сделать? А то вдруг у меня появится возможность для импровизации, так я бы и воспользовался ей по назначению…

— Ты не спрашиваешь, — веско сказал Лаврик. — Не рассуждаешь и не думаешь. Выполняешь приказ и возвращаешься с докладом. Так условия договора звучат более доступно?