Книга Мародер без диплома, страница 42 – Саша Фишер

Который из двух Матонин, я обдумывал недолго. Белобрысый — явно такой универсальный солдат с военной выправкой, так что вряд ли он. Я перевел взгляд на второго и тут же встретился с ним глазами. По спине пробежал легонький холодок. И не потому, что темные глаза были какими-то злыми или кровожадными. Было в них что-то такое… Холодная чертовщина, дичь какая-то. Взгляд психопата.

— Вот этого Охранка искала, — сказал Ибрагим. Он тоже был среди стоящих вокруг Беков, стояв, заложив большие пальцы за пояс, просто я его не сразу узнал. Он такой же чернобородый здоровяк, как и все остальные-прочие.

— Искала Охранка, а нашел я, — проговорил Матонин. Голос его был вкрадчивым, он слегка растягивал буквы и как будто примурлыкивал.

— Сколько с них затребовать, Юрий Прохорович? — спросил Ибрагим.

— Ты подожди пока, — Матонин задумчивосклонил голову, сверля меня взглядом. — Может быть, он нам еще самим нужен…

— Так может… — начал Ибрагим, но Матонин вдруг сорвался с места и подскочил к нему вплотную и вцепился в полы его куртки.

— Я же ясно приказал! — закричал он прямо Ибрагиму в лицо. — И Охранка твоя мне точно не указ! Пусть вообще убираются в свою Империю, я не заплачу!

Потом он отступил на шаг. Смахнул с плеча Ибрагима невидимую пылинку, и на губах его зазмеилась улыбка.

— Просто делай, как я говорю, Ибрагимушка, — почти ласково сказал Матонин. — Давай я тебе напомню, если запамятовал. Холеру — в колодки, клетчатого запри где-нибудь. А этого — ко мне. Мы с Талтугой потолковать с ним хотим. Понял меня, Ибрагимушка? Выполняй теперь, не серди папочку…

На лице Ибрагима не отразилось никаких эмоций. Матонин подошел к хрупкой узкоглазой девушке, приобнял ее за талию и зашептал ей что-то на ухо. Она хихикнула и ткнула в меня тонким пальчиком.

— И еще, Ибрагимушка, — снова заговорил Матонин еще более приторным голосом. — Догадайся привести его через четверть часа, когда нам подадут кушанье. Гостей же надо привечать, иначе боженька разгневается!

Матонин и девушка удалились, продолжая шептаться и хихикать. Ибрагим начал отдавать команды на своем языке. Меня дернули за плечи и поставили на ноги. Передо мной встал Мирза.

— Сейчас я развяжу тебе ноги, — зло проговорил он. — Но только не думай, что это поможет тебе бежать.

Не дожидаясь моего ответа он сел передо мной на корточки и принялся колдовать над узлами. А я осмотрелся. Мы стояли на квадратной площади, заросшей ровной травкой. По периметру площадь ограничивали простые квардратные постройки, видимо склады или гаражи. Я бросил взгляд за спину. Ворота были высоченные, по верху оплетеные несколькими рядами колючей проволоки. Справа от ворот — деревянная вышка, на которой маячил часовой. Освещалась площадь множеством ярких электрических фонарей. Света было настолько много, что глазам было откровенно некомфортно. Часовые на воротах. Еще несколько человек там и сям, похоже, патрульные. Впереди — трехэтажные особняк, явно свежеотремонтированный. Прямо-таки сияет новенькой побелкой. Сразу за особняком — сетчатый забор, дальше еще какие-то постройки. Видимо, казармы для всей этой чернобородой братии.

С правой стороны площади— те самые колодки, про которые говорил Матонин. Деревянная рама с двумя толстенными досками с прорезями для рук и головы. Как на картинке из учебника истории. Как раз к ним сейчас сразу трое Беков и волокли Натаху. Еще двое тащили куда-то вправо Бюрократа. Куда именно, я заметить не успел, потому что справившийся с веревками Мирза чувствительно ткнул меня в спину кулаком в направлении особняка.