Книга Каждый мародер желает знать…, страница 66 – Саша Фишер

Стас побледнел, губы его дрожали, как будто он готов заплакать. В мою сторону он старался не смотреть.

— Простите меня... — прошептал он.

— За что простить? — Натаха повела плечом и сбросила все еще лежащего на ее плечах Стаса. Тот рухнул к ее ногами и закрыл лицо ладонями, плечи его затряслись.

— За что простить? — эхом повторил Гиена и ткнул Стаса ногой в бок.

Бледные синюшные губы хозяина расплылись в улыбке, обнажая два ряда металлических зубов.

Заговорил хрен в колпаке. Голос у него был скрипучий, как будто под капюшоном вместо головы был старый проигрыватель грампластинок. Речь он вел вроде как на русском, но на той ее части, которая автоматически сливалась для меня в белый шум. «Согласно циркуляру номер семьдесят четыре дробь двенадцать...», «таким образом из директивы тайного уложения следует», «параграф семнадцать, подпункт Д», бла-бла-бла...

Я почувствовал, что начинаю тихо сатанеть. Перевел взгляд на ощетинившийся пулеметными стволами шагоход... Потом на клубы вонючего дыма из щели люка. Глянул на Натаху, потом на Гиену. В принципе, если мы сейчас быстро сорвемся и нырнем обратно в подземелье... А, черт, Стас же еще! Он валялся мешком возле ног Натахи и все еще закрывал лицо руками. Даже если он и может двигаться, то не факт, что сообразит, что я предлагаю. Гиена косо смотрел на меня, уже, кажется, сообразив, что именно я задумал. Там под землей целый лабиринт, есть шанс как-то затеряться и вылезти совсем в другом месте. Этот же на своей платформе откуда-то выбрался, значит есть другие выходы. Людей в колпаках у него явно немного, кроме того, они сейчас заняты пожаром и прочими неведомыми повреждениями, которые Натаха там учудила своими гранатами.

Хрен в колпаке продолжал свою скрипучую лекцию и вроде пока даже не собирался закруляться. Я попытался снова вникнуть, но удалось понять только что-то вроде «раз вы подписали этот договор, то по куче всяких крючков в бюрократической магии попадаете в безраздельную собственность Демидовых, а раз такое дело, не извольте дергаться, сложите лапки вместе, чтобы на вас было удобнее натянуть кандалы, а ежели посмеете сопротивляться, то ждет вас серный дождь, тридцать три египетские казни и венец безбрачия до седьмого колена.

Честно говоря, меня пока вся эта канитель с чернильной магией не очень убеждала. Я пока что ни разу не видел последствия нарушенных договоров, так что пока даже не знал, как к этому всему относиться. Меня и так уже вписали в какую-то кабалу с Матониным, хотя я вроде нигде никаких подписей не ставил...

Захотелось тряхнуть головой посильнее, чтобы из ушей высыпались все эти канцеляриты.

Так. Я глянул еще раз на люк. До него метров десять, три прыжка. Потом выдернутьлом и нырнуть в люк. Несколько секунд. Там лестница, лучше ее перепрыгнуть. Пять-семь секунд на все про все. И еще Гиена и Натаха. Гиена может не успеть, он выглядит откровенно не очень. Успеет Хозяин среагировать и скомандовать шагоходу, чтобы залил нас градом пуль?

Ну...

Оба глаза Хозяина — больной, весь в красных прожилках человеческий и холодная стекляшка роботизированной половины смотрели на меня. Насмешливо и с чувством явного превосходства. Надо бы, чтобы он как-то отвлекся, надо как-то его отвлечь, надо как-то...