Книга Каждый мародер желает знать…, страница 71 – Саша Фишер

Твою мать, опять какая-то бюрократическая магия! Как же я это все крючкотворство не люблю, эх!

— Подожди, — я вывернул руль, объезжая толстенный поваленный ствол. Трава высокая, мать ее, там все, что угодно, может прятаться. — Разве после баниции всякие там указы императрицы не превратились в ничего не значащую ерунду?

— Вот и я так думал, — кивнул Марьян. — Проверил трижды. Не могу я сам сбежать, получается...

— Интересно, — задумчиво пробормотал я. Значит Ларошев врал, что он из Белобородово. Иначе, почему он нам ничего не рассказал? — То есть, ты думаешь, что если тебя кто-то увезет, то сбежать получится?

— Ну... Я надеюсь, — Марьян снова поерзал. — Получается, что вы украли чужое имущество, в смысле меня. А я машиной не управляю.

— Есть у меня в Томске один специалист по бюрократии... — медленно проговорил я, внимательно оглядывая окружающий пейзаж. Вроде бы, я продолжаю ехать в нужном направлении, а не поворачиваю незаметно для себя обратно к Белобородово. Вот по правую руку замаячили какие-то краснокирпичные развалины, которые по дороге туда были слева. Да, совсем уже скоро мост, это точно.

По-дурацки съездили, вот что. У нас все еще полный кузов всяких припасов, включая сидр и коробку кренделей, как-то глупо со всем этим добром возвращаться в Томск. И вообще без всякой добычи, Марьян как-то не в счет. Надо что ли хоть пикник устроить. Жрать-то на самом деле хочется.

— А что еще за Егорьево? — спросил я, бросив взгляд на тревожно озирающегосяМарьяна.

— Так то деревня вроде, — Марьян неопределенно махнул рукой. — Если забирать восточнее, то там вроде как будет старая крепость, от которой уже мало что осталось, а сразу за ней — деревня. Большая вроде как. Сам я, понятное дело, там не был, не дошел потому как.

Я заглушил двигатель. Когда по бездорожью едешь, выбирать место для парковки становится довольно просто.

— Почему мы остановились? — всполошился Марьян.

— Не суетись, Марьян, — отмахнулся я и вылез из кабины. Потянулся, хрустнул суставами. Огляделся. Благодать, фигли. В траве стрекочут всякие кузнечики, птицы голосят, вечернее солнце припекает. Шмели деловито жужжат, в общем, вся прелесть дикой природы Сибири — семь в одном. Или даже семнадцать.

— Чего стоим? — высунулся Гиена.

— Как там наш многоуважаемый наниматель? — спросил я. — Живой?

— А что ему будет-то? — хохотнул Гиена. — Лежит пыхтит обиженно. Мы его не трогали. Так чего стоим-то?

— Я тут вот что подумал, друзья мои, — сказал я. — Получается, что мы сегодня утром из Томска выехали, нарвались на эту злосчастную кибердеревню с ее сумасшедшим хозяином и сбежали. Без добычи. Зато с полным кузовом жрачки и даже выпивки. Может хоть пикник какой устроим?

— А я бы пожрал, да, — Гиена выпрыгнул из кузова и тоже потянулся. — Только место какое-то...

— А что с местом не так? — я огляделся. — Вроде живописненько все.

— Вроде озер тут должно быть много, я карты смотрел, — сказал Гиена.

— Возле Егорьева три озера есть, — вмешался Марьян через открытое окно.

— Успеется, — отмахнулся я. — Натаха, достань нам там по бутылочке пивка. И давай сюда Стаса. Только нежно, не надо его как куль с навозом кидать. Считаем, что у нас привал. И перекус. Ах, да. Крендельков еще каких-нибудь тоже захвати.

Стас смотрел на меня исподлобья и молчал.