Книга Честность свободна от страха, страница 113 – Саша Фишер

— Что такое медикаментозный допрос, герр Крамм? — Шпатц прошел в кабинет Крамма, наполнил чайник водой и включил примус.

— Тебе введут вархейтзирум, и дознавательбудет задавать вопросы. Как утверждается, солгать ты ему не сможешь, — Крамм аккуратно положил вечерние костюмы на стол. — В сущности, ничего страшного, если ты не пытаешься что-то скрыть. Если у тебя стандартная реакция на препарат, то ты станешь веселым, болтливым и будешь любить своего дознавателя как родную мамочку. Но…

— Но?

— Примерно у каждого пятого реакция на вархейтзирум далека от стандартной. Некоторых даже не успевают откачать, они умирают прямо на руках доктора…

Шпатца передернуло. Сегодня утром его рассудок чуть не превратил в лоскуты сумасшедший виссен, а завтра он может умереть от укола на столе дознавателя. Перспектива была далека от радужной… Шпатц потянул носом воздух.

— Герр Крамм, а что это за запах? Мне казалось, что диван у нас в конторе набит не сеном, а пахнет как в сельском амбаре…

Крамм принюхался. Приступ удушающего кашля согнул Шпатца пополам. Показалось, что в его легких ворочается огромная колючая змея и пытается вырваться наружу. Крамм рванулся в прихожую, закрыв лицо полой пиджака.

— Шпатц, быстрее наружу!

Дверь не открывалась. Кто-то припер ее чем-то снаружи. Крамма тоже настиг приступ кашля, он схватил стул и со всего размаху швырнул его в окно. Стекло со звоном посыпалось на пол, и Крамм, не задумываясь об осколках и обломках рамы вперед головой выпрыгнул на улицу. Голова Шпатца кружилась, он сделал несколько неверных шагов, чувствуя как мутнеет его сознание. Горло опухло, не пропуская в легкие воздух, а те жалкие струйки, которые все же туда проникали, ядовито обжигали грудь изнутри. Он схватился за раму с осколками стекла и мешком выпал наружу.

Крамм стоял, согнувшись в приступе рвоты. Подтягиваясь на руках, Шпатц отполз от окна и сел, привалившись к стене дома. Из глаз лились слезы, нос и горло распухли и саднили.

— В мобиль, Шпатц. Поднимайся… — прохрипел Крамм, распрямившись. Шпатц попытался подняться, но ему не удалось. На четвереньках он дополз до мобиля, схватился за дверцу и кое-как взгромоздился на сидение. Крамм рванул с места, даже не захлопнув дверь. Он крутил руль одной рукой, другой стирая с глаз выступающие слезы. Шпатца накрыло новым приступом кашля.

— Что это было, герр Крамм? — отдышавшись спросил он.

— Тетравозган. Боевой газ, — выехав на Мейнштрассе, Крамм притер мобиль ктротуару и остановился. — У тебя есть клейны? Нам надо позвонить в полицайвахту.

Шпатц посмотрел на свою окровавленную правую руку, поморщился и перегнулся, стараясь достать правый карман пиджака левой рукой. Протянул Крамму несколько монеток. Тот схватил их, выскочил из мобиля и снял трубку с уличного телефона.

— Фройляйн, соедините меня с полицайвахтой, — Крамм старался не дышать шумно, но у него не получалось. Воздух вырывался из его легких со свистом и шипением. — Спасибо, фройляйн. Герр полицай, я Васа Крамм, на мою контору только что было совершено нападение с применением тетравозгана. Какой еще розыгрыш, эй! — Крамма опять согнуло в приступе кашля. — Мы с моим ассистентом смогли выбраться и уехать на мобиле. Контора на Шваненплац… Мы сейчас на Мейнштрассе, напротив торговых рядов Фридрихсхейма и Гуппеля. Хорошо.