Книга Честность свободна от страха, страница 97 – Саша Фишер

— Слабость преступника не делает его невиновным, — Крамм хмыкнул. — Когда-нибудь потом, когда мы закончим это дело и напьемся шерри, спроси меня о моей сестре Ивон. Нет-нет, не сейчас! Я не рассказываю семейные истории трезвым и во время работы!

Салон фройляйн Кресзентии Нюсляйн занимал отдельный дом. Это было одно из немногих строений Альтштадта, которое выглядело полностью отреставрированным и содержалось в идеальном порядке. В небольшом садике перед входом цвели темно-красные розы, а дорожки были вымощены крупными булыжниками.

Дверь открыл высокий и прямой, как палка, старик, одетый в черную ливрею по моде, кажется, старого Аанерсгросса. Длиннополый камзол, украшенный серебряным шитьем и круглая шапочка с кистью, свешивающейся на ухо. Правый глаз его закрывало бельмо. Тонкие губы шевелились, будто он все время что-то беззвучно говорил.

— Добрый день, мы можем встретиться с фройляйн Нюсляйн? — Крамм вежливо кивнул.

— Вам пфидетфа подофдать, — голос звучал неразборчиво. Старик распахнул дверь и впустил Крамма и Шпатца в темную прихожую.

Все окна изнутри были наглухо занавешены черными портьерами. И, похоже, закрыты непрозрачными щитами, потому что ни единого лучика света не пробивалось сквозь ткань. Единственным освещением служили три свечи в канделябре, залитым воском так, что определить его материал и исходный цвет не представлялось возможным.

— Фюда пофалуйфта, — прошамкал дворецкий, указывая на деревянные гнутые кресла с черными бархатными подушками. — Как о фаф долофить?

— Герр Васа Крамм, частный детектив, — Крамм устроился на одном из кресел. — С ассистентом.

Старик слегка кивнул и, все так же не сгибаясь, удалился. Шпатц поморгал, привыкая к полумраку комнаты. Все стены были завешаны черными портьерами, поэтому оценить размер помещения не получалось. За ними могли скрываться двери, взвод полицаев, лестницы на второй этаж или в подвал, и что угодно еще. Света свечей хватало только на то, чтобы сделать видимым маленький каменный столик, на котором они стояли, мозаичный пол под ним и четыре кресла, в двух из которых они и устроились.

— Я много раз собирался посетить спиритический сеанс или какое-нибудь другое увеселение оккультистов, но так ни разу и не случилось приобщиться к этой модной забаве. Герр Шпатц, а как с этим делом на вашей родине, в Сеймсвилле?

— Я вроде слышал, что где-то в деревнях еще остались говорящие с духами. Вроде бы к ним бегали молодые девушки, мечтающие выйти замуж, за любовным зельем. И замужние матроны, которые подозревали мужей в изменах…Но я ни разу не встрчал ничего подобного в столице. Сейчас в моде наука. Кинотеатры. Лекции ученых с демонстрацией изобретений…

— Это в конце концов и приведет нашу цивилизацию к гибели, — раздался вдруг из-за портьеры глубокий женский голос. Черная ткань всколыхнулась, пропуская на пятачок света худую женщину в длинном черном платье и распущенными седыми волосами. Если бы не седина, Шпатц ни за что не назвал бы ее старухой. — Я Крезентия Нюслейн. Что за дело у вас ко мне, молодые люди.

— Приятно познакомиться фройляйн, — Крамм вскочил и вежливо наклонил голову. — Я Васа Крамм, частный детектив. Меня нанял Клаус пакт Пфордтен.

— Что за дело у него ко мне? — голос фройляйн похолодел.

— Он беспокоится, что его супруга, Фрид, попала в какую-то неприятную историю. Он сообщил, что раньше она часто посещала ваш салон…