Книга Правда понимания не требует, страница 63 – Саша Фишер

— Да, не будем его будить, — снова заговорил лектор. — Мы здесь собрались не ради праздных разговоров, и нам ни к чему нелепые случайности.

— Мне нужно как-нибудь поклясться в верности или что-то подобное? — спросил Флинк.

— Ни к чему, — ответил незнакомец. — Клятвы, по большому счету, не более, чем просто слова. Нам достаточно вашего понимания, какие возможности для вас открываются в случае нашего успеха.

— Тогда просто поверьте, что я весь ваш.

«Что же я такое проспал? — подумал Шпатц, бесшумно отступая от окна. — Похоже, в отличие от меня, Флинк сумел найти общий язык с этими заговорщиками. В чем бы ни состоял их заговор». Шпатц подошел к прикрытой двери и слегка коснулся ее. Та не издала ни единого скрипа. При всей похожести на ветхую рыбацкую хижину, Уферхауз был построен добротно, ни петли, ни полы не скрипели. Сделав шаг в коридор, Шпатц замер. Внизу, в гостиной, тоже тихо разговаривали.

— Он не был первым, Алоис, — Фуггерсделал шумный глоток. — Просто первая смерть не получила огласки.

— Твоими стараниями?

— Да.

— Ты не хотел обсуждать это с Беннигсеном...

— Брось, тебе я могу рассказать, ты же не собираешься немедленно писать об этом в газету.

— Можешь быть уверен, Ульрих.

— Вик был моим человеком, — Фуггер снова на некоторое время приложился к кружке и замолчал. — Я отправил в каждый ангар подстрекателей. Среди рабочих всегда есть недовольные, которых можно подбить на забастовку.

— Вряд ли бастующие рабочие смогут остановить производство люфтшиффов...

— Остановить — нет, зато замедлить могут. Но, кажется, я просчитался. На прошлой неделе погиб Голиб, а вчера — Вик. И если смерть первого еще можно было как-то списать на несчастный случай, то случай с Виком...

— Получается, что кто-то тебя раскрыл?

— Если бы меня раскрыли, мы бы с тобой сейчас не разговаривали, Алоис.

— Но кому это может быть нужно?

— Ты мне скажи, — резковато бросил Фуггер. — Прости. Эта история выбила меня из колеи. Я понятия не имею, кто и зачем делает это на моем люфтшиффбау.

— Эти твои подстрекатели знают, кто их наниматель?

— Разумеется, нет, Алоис, за кого ты меня принимаешь? Они встречались с безликим человеком с закрытым лицом, который давал им задания и деньги. Поворачивая все так, чтобы эти простофили считали, что работают на сеймсвилльскую разведку.

— Но их раскрыли и жестоко убили. Отправив тебе послание.

— Да... Послание. Получается, что так.

— Ульрих, будь осторожнее...

Открылась входная дверь. Шпатц отступил обратно в спальню и бесшумно шмыгнул под одеяло. Из обрывков разговоров, обмолвок и многозначительных пауз в голове начала складываться цельная картина. Неясно было, что с этим делать. И какое отношение к истории с люфтшиффбау имеет Крамм?

Дверь в комнату открылась.

— Шпатц? — прошептал Флинк. Шпатц не отозвался. — Эй, Шпатц?

Шпатц заворочался и сонно забормотал.

— Прости, я тебя разбудил.

— Уже пора просыпаться?

— Нет-нет, еще ночь, спи.

Флинк, не включая света, забрался под одеяло и затих. А вот Шпатцу теперь не спалось. С одной стороны, сама по себе антивоенная деятельность у него не вызывала неприязниили неприятия. С другой — Фуггер занимался саботажем на собственном производстве, и оказался косвенно виновен в смерти как минимум двоих человек. Шпатц услышал не так уж и много, но достаточно, чтобы понять, что собравшиеся отлично осознают противоправность своих действий и опасность разговоров. И как бы поступил в такой ситуации законопослушный гражданин Шварцланда? В голове Шпатца возник образ мощеного плаца, зазвучал колокол и равнодушный голос безликого офицера произнес: «Примите с честью вашу судьбу...»