Книга Предатель выбирает один раз, страница 112 – Саша Фишер

— Перестань на меня давить и вилять, как-там-тебя... Я не дурак. И я бы даже сказал тебе, кто их нанял, просто не знаю.

— Шпатц, герр Ройсар. Шпатц штамм Фогельзанг.

— Да, точно. Шпатц. Так вот, Шпатц. Мои ребята работали у Шмальзе на лесопилке, в ночную смену. Однажды пришел Тисли и сказал, что нашел работенку, за которую неплохо заплатят. Сто марок. Что нужно восемь человек. А нам перед зимой надо заготовки делать, так что деньги никогда лишними не будут. Изумрудами за корм для скотины платить — это, сам понимаешь, расточительство одно. Никаких изумрудов не напасешься. Я дал добро. Они собрались и ушли. Обратно вернулись только Бо и Йовен. Без денег. И тоже не знают, кто заказчик, с ним Тисли договаривался. Я правда сдал бы тебе гада с потрохами, даже приволок бы за шкирку!

Бензель сжал кулаки, каждый из которых был размером с голову Шпатца. Почему-то перед глазами всплыло бородатое лицо человека с дырочкой в правой части лба.

— А может быть, вы знаете, что такое сигнальные башни? — вдруг спросил Шпатц, совершенно неожиданно для себя. Он вдруг понял, что если продолжать разговор про людей Бензеля, то возможно придется сказать, что одного из них застрелил он. Хозяин Зигеверка, похоже, был действительно человеком рассудительным и весьма незлобливым, но если речь зайдет о смерти его людей, то сложно предсказать, что будет дальше.

— Сигнальные башни? — Бензель склонил голову набок.

— Ну... Это такие постройки в лесу... Сейчас! — Шпатц сунул руку во внутренний карман пиджака иизвлек фотокарточку из альбома. — Вот что-то подобное.

Великан взял карточку из рук Шпатца, некоторое время ее разглядывал, потом вернул.

— А если я провожу тебя к этой штуке, аусвайсы выпишешь?

Шпатц вышел из особняка Ульфбрауна и закурил. Управляющий был предупредителен и приторен, как патока. Если бы у него был хвост, то он бы наверняка виновато подмел весь пол до блеска. Шпатц сделал вид, что вчера ничего не случилось, а Ульфбраун вздрагивал каждый раз, когда к нему обращались. Эта манера поведения управляющего несколько раздражала Шпатца, но с другой стороны он не мог не признать ее эффективность. Со своими клочковатыми бакенбардами и взглядом провинившегося ретривера Ульфбраун казался беззащитным и безобидным. Повышать на него голос казалось чем-то чуть ли не кощунственным. Наорешь на такого, а его от расстройства удар хватит. Да уж... Шпатц выпустил струйку дыма и посмотрел на телохранителей, подпирающих стену с самым скучающим видом. Болдер, как ни странно, остался с Краммом, который взялся обеспечить их экипировкой для похода в лес. Когда Бензель предложил показать им сигнальную башню, Шпатц готов был выходить в тот же момент. Не то, чтобы любопытство настолько грызло его изнутри, что не терпелось посмотреть на загадочные развалины, просто очень хотелось хотя бы на время покинуть город, который с какого-то момента совершенно перестал быть безопасным и тихим. У дуба стояли две фрау в длинных платьях и шептались, изредка бросая на Шпатца косы взгляды. Два лесоруба вывернули на Эйхенплац, катя перед собой тачку. Один что-то рассказывал, активно жестикулируя одной рукой, второй всхохатывал и хлопал первого по плечу. Заметив, что Шпатц на них смотрит, оба замолчали, лица их стали хмурыми и непроницаемыми. Они ускорили шаг, тачка стала жалобно поскрипывать на каждом камне брусчатки. Потом они свернули на улицу, ведущую в лес. Да уж, похоже, что всенародной любви Шпатцу сыскать не удалось. Но обдумывать свои ошибки он не стал. Докурил сигарету, тщательно затушил ее о подошву своего ботинка и неспешно направился через площадь к «Гроссман-хауз».