Книга Предатель выбирает один раз, страница 23 – Саша Фишер

— Понятия не имею, — Шпатц пожал плечами.

— Давай посмотрим на ситуацию трезво, — Крамм взялся отделять мягкое мясо ножом от кости, ворочая весь кусок массивной вилкой. — В тихом месте, со всех сторон защищенном и безопасном, начинают строить флюгплац, тоже, в общем, не особо стратегического значения. Какое-то время всеидет своим чередом, а потом начинается война, и вдруг до Герра Гроссмана доходит, что его оскорбили вырубкой нескольких гектаров заповедного леса, и он начинает мстить и требовать кровавых жертв. Загадочный рев, мечущиеся тени, фигура великанского роста... Следы кованых сапог вокруг трупов...

— Ну да, в вашем переложении история звучит так, что любой театральный сценографист в два счета обеспечит все эти спецэффекты, — Шпатц разломил ковригу свежего хлеба. — Хотя довольно странно, герр Крамм, что вы в первую очередь думаете об инсценировке, хотя это Заубервальд, с которым вас связывает...

— Мои детские страхи никак не мешают мне здраво мыслить, герр Шпатц, — Крамм подцепил на вилку еще один кусок мяса. — Гораздо больше меня пугает это замечательное блюдо. Я опасаюсь, что не смогу остановиться, пока не опустошу всю тарелку. И умру от обжорства...

За окном раздался звук резкого порыва ветра. Потом в стекло ударили первые крупные капли дождя.

— Эх, вот же проклятье! — Блазе торопливо выбрался из-за стойки и поспешил к двери. — Я ведь выставил сапоги свои проветриться!

Хозяин распахнул дверь и выскочил под стену дождя, который за считанные минуты превратился из робких редких капель в бурлящий поток. Через минуту он вернулся обратно, промокший до нитки с двумя парами сапог, с которых стекала вода. Блазе вылил набравшуюся в сапоги воду за порог и собирался было, захлопнуть дверь, но Шпатц его остановил.

— Вы слышите это? — он положил вилку и нож в тарелку, поднялся и подошел к хозяину.

— Что такое? — маленькие глазки Блазе испуганно забегали.

— Сейчас... Подождите... — Шпацт прислушался. Сквозь шум дождя и ветра отчетливо послышался громкий хохот. — Вот это.

— Может, это гроза? — Крамм с сожалением оторвался от мяса и встал.

— А это тоже гроза? — Шпатц посмотрел на Крамма. Чей-то густой низкий голос со стороны леса запел.

Я лесоруб, у меня все в порядке!

Я лесоруб, у меня есть топор!

— Герр Гроссман... — прошептал Блазе. — Это Герр Гроссман!

Шпатц решительно вышел на крыльцо и всмотрелся. В сгустившихся сумерках сквозь сплошную пелену дождя Шпатц смог разглядеть силуэт человека огромного роста. Он стоял на другой стороне площади, потрясая большим лесорубнымтопором. Очередной порыв ветра швырнул Шпатцу в лицо потоки воды. В шум дождя снова впился звук громового хохота, вопли неведомых животных, рев и треск. Блазе схватил Шпатца за одежду и затащил внутрь.

— Нельзя! Нельзя на него смотреть, герр штамм Фогельзанг! — громким шепотом начал увещевать он. Шпатц посмотрел на Крамма, прилипшего к окну.

— Он уходит, — сказал Крамм. — Шагает в сторону Заубервальда.

Блазе отпустил Шпатца и бросился закрывать дверь. Щелкнул замком, задвинул скрипнувший засов. Его толстенькие пальцы дрожали, да и сам он весь трясся, как большое блюдо с желе.

— Очень, очень плохой знак... — хозяин повернулся и подпер дверь спиной. — Раз он пришел в город, значит он голоден и очень зол.