Книга Предатель выбирает один раз, страница 52 – Саша Фишер

— Надеюсь, вчерашнее успешное выступление герра Блазе не убедило тебя отказаться от допроса остальных участников ночных бдений? — Крамм отодвинул занавеску и выглянул на площадь.

— Была такая мысль, — Шпатц застегнул пряжку на ремне, с неудовольствием отметив, что как он ни пытался быть умеренным в еде, но пришлось воспользоваться следующим отверстием. — Но сейчас я думаю, что придется еще несколько раз выслушать совершенно искренние исповеди о том, что мы все не так поняли, увальни городские. Где Клос?

— Остался у меня, заперся изнутри и клятвенно просил никому не сообщать, куда он делся, — Крамм встал. — Думаю, в настоящий момент он для надежности спрятался в шкафу. — Ты готов? Внизу нас уже ждет завтрак. За которым нам готовы составить компанию волосатый лесоруб, забыл, как его зовут. И старший герр Шмальзе.

— Шмальзе? Это который из них?

— Хозяин лесопилки. Волосатый — его пасынок.

— Что ж, не будем заставлять хороших людей ждать, — Шпатц вздохнул и направился к двери.

Шпатц откинулся на спинку стула и нетерпеливо постучал ладонью по подлокотнику. Длинноволосого звали Одо Махтклеве, он держался самоуверенно и даже заносчиво. На вопросы Крамма, которому Шпатц с удовольствием перепоручил право вести беседу, отвечал прямо, но в ответах его сквозило не то презрение, не то снисхождение. Пару раз, когда Шпатцу уже самому хотелось вмешаться и урезонить хамоватого молодого человека, его отчим, сидящий на соседнем кресле, тыкал его локтем в бок, чтобы тот не забывался. История этихдвоих звучала в точности так же, как и та, которую ночью изложил Блазе. «Вы все не так поняли, это был просто ритуал взросления, о сути которого Клос не подозревал, поэтому и поднял крик на весь лес». Кроме того, длинноволосый утверждал, что маска была на его лице, мол, именно ему в этот раз выпала честь изображать тойфеля с ножом. Сам нож они предъявить не смогли, потому что, мол, не таскают с собой инвенарь для ритуалов. Но ежели дорогие гости желают, то они могут провести экскурсию к сараю, где они и хранят все ритуальные принадлежности. Крамм продолжал спрашивать, но Шпатц уже не особенно слушал. Он смотрел на Блазе, который сегодня утром был как-то особенно весел и оживлен. Он мурлыкал под нос какую-то песенку, вручал каждому входящему пакет со свежими булочками и предлагал совершенно бесплатно угощаться печеньем, вместительное блюдо с которым он поставил прямо на стойку.

— Надеюсь, мы прояснили наше недопонимание, герр штамм Фогельзанг? — почти слово в слово повторил хозяин лесопилки, взявшись за подлокотники, как будто собираясь подняться со стула. Вопросы задавал в основном Крамм, но обращался герр Шмальзе к Шпатцу.

— Благодарю вас, герр Шмальзе, — Шпатц веждиво кивнул.

— Надеюсь, наши договоренности все еще в силе? — светлые глаза хозяина лесопилки неотрывно смотрели в лицо Шпатца. Было заметно, что он волнуется. В общем-то, его можно было понять — кому захочется терять выгоду от договора на строительство? Шпатц задумчиво разглядывал его лицо. Ночью, во время беседы с Блазе, он был практически уверен, что тот рассказывает правду. Но сейчас, когда еще два участника ночных событий подтвердили слова толстяка, он засомневался. У Крамма неизмеримо больше опыта в общении с не самыми законопослушными людьми, и почему-то он больше доверяет словам глуповатого Клоса, а не этих респектабельных и уверенных в себе граждан. Что ж...