Книга Предатель выбирает один раз, страница 71 – Саша Фишер

— Шпатц? — Сигилд резко освободилась от его объятий и встала. — Но этого не может быть!

— Родная моя, что случилось? — от резкого прерывания контакта с возлюбленной толстяку было почти больно. Он тяжело оперся на стул и поднялся. — Ты его знаешь?

— Куда его отправили? — голос Сигилд стал пронзительным, как циркулярная пила. Ее слова совпали с глухим ударом взрыва. С потолка укрытия посыпалась штукатурка.

— В Шриенхоф, — ответил Штакельбергер. Лицо его застыло в бессмысленную маску, рот перекосился, на уголке губ повисла капелька слюны. — Регион Швабе, на самой границе Заубервальда.

— В Шриенхоф... — эхом повторила Сигилд.

— Если он чем-то тебя расстроил, я прикажу пустить по его следу убийц, и ты никогда о нем больше не услышишь, родная, — Штакельберг попытался снова ее обнять, но она отступила.

— Нет, — сказала она. — Нет!

Ее лицо стало хищным, тонкие губы растянулись в улыбке. Казалось, что в комнате стало холоднее, светильники замигали. В висках Штакельберга запульсировала привычная боль.

— Ты не должен вспоминать об этом разговоре, — тихий голос Сигилд звучал как будто внутри головы Штакельберга. — Ты не должен думать про этого Фогельзанга. Когда ты проснешься, ты вспомнишь только то, что мы провели восхитительную ночь в нашем тайном гнездышке. Такую, о которой ты мог только мечтать. А сейчас иди в кровать и сорви с себя одежду.

Двигаясь, как деревянная кукла, Штакельберг направился к дальней комнате укрытия, куда Сигилд еще месяц назад приказала слугам перенести широкую кровать из одной из спален. Толстые пальцы Камрада кайзера рвали пуговицы из петель, чтобы как можно быстрее выполнить приказ своей обожаемой Сигилд.

Девушка проводила взглядом массивную фигуру Штакельберга, снова села на стул и сорвала со своей шеи кулон с мутно-зеленым камнем, похожим на обкатанную морем стекляшку. Она изо всех сил сжала его в пальцах. Так сильно, что костяшки побледнели.

— Слышу тебя, Сигилд, — голос Дитриха звучал прямо у нее в голове.

— Ди, этот дурак Кальтенкорбл отправил Шпатца в Шриенхоф! — сказала она вслух.

— Ты же его застрелила на моих глазах! — даже бесплотная тень его голоса звучала удивленно. — Это точно? Так, прости, глупый вопрос. В Шриенхоф, говоришь? Швабе?

— Надо что-то с этим сделать, Ди, — голос Сигилд зазвучал слабее. Это был бы очень удобный способ связи, если бы каждая секунда удержания контакта не причиняла ей такую дикую боль. Казалось, еще несколько мгновений, и она потеряет сознание.

— Я все понял, Сигилд, — прошелестел Дитрих. — Ни о чем не беспокойся.

Сигилд разжала пальцы, встала и без сил добрела до кровати. Непослушными пальцами развязала пояс своего шелкового халата, повела плечами, и ткань волной соскользнула к ее ногам. Она нырнула под одеяло, всем телом прижалась к толстому боку похрапывающего Штакельбергера. От ее прикосновения он сладко застонал во сне.

Immer wenn ich einsam bin

Zieht es mich zum Feuer hin

Warum ist die Sonne rund

Warum werd ich nicht gesund -

Das Feuer liebt mich

(Всегда, когда я одинок,

Меня тянет к огню.

Почему солнце круглое?

Почему я не могу быть как все?

Огонь возлюбил меня)

Hilf mir — Rammstein

Бесчувственное тело Клоса лежало на кровати Крамма. Лицо его было бледным, как будто восковым. Лоб то и дело покрывался испариной. Лисбет выпрямилась и посмотрела на Шпатца.