Книга Гребень Дяди Нэнси, страница 112 – Саша Фишер

— И как здесь спросить про дом? — Прохор повернулся, было, к Эдне, но ее за спиной не оказалось. Вместо лоа поддержки откуда-то сбоку вынырнул щербатый негр, одетый в такую же ливрею, как и обезьяны за конторками, и потянул Прохора за руку.

— Чего тебе? — спросил Прохор.

— Маса хочет получить печать? — прошепелявил дед. — Нада очередь! Вот!

Дед показал свою ладонь. На ней был выцарапан какой-то знак.

— Маса хочет купить дом, — прокричал Прохор, но из-за гвалта не услышал своего голоса. Дед с пониманием кивнул и потащил его за рукав куда-то вбок, к низкой двери, которую Прохор сначала даже не заметил. Ткнул в нее узловатым пальцем, размашисто кивнул и улыбнулся щербатым ртом. Прохор толкнул дверь.

Второе помещение было еще более тесным, но посетители вели себя более чинно — они либо сидели на деревянных скамейках вдоль стен, либо прямо на полу. Чернокожая девочка рядом с дверью доила козу. Дородная матрона с привязанным к спине младенцем сосредоточенно ела что-то ложкой из миски.

— Мсье? — тощий мальчишка в ливрее чинно подошел к Прохору, но кланяться не стал. — Вам что?

— Я хочу купить дом.

— Протяните правую руку.

Прохор посмотрел на свои ладони, неожиданно почувствовал головокружение. Несколько секунд ему понадобилось, чтобы сообразить, которая из рук правая. Мальчишка сжал ладонь Прохора, быстро выхватил из лацкана иглу и ткнул в самую середину. Прохор зашипел и выдернул руку.

— Вас вызовут, мсье, — и юный служитель бюрократии потерял к Прохору интерес.

Прохор еще раз осмотрелся, подыскивая куда бы пристроить зад, чтобы не топтаться посреди помещения. Мест на скамейках не было, а сидящие там не торопилисьих уступать. На Прохора странно косились, некоторые дети даже показывали пальцами, но никакого активного внимания к своей персоне Прохор не заметил. Отошел к окну, устроился на подоконнике рядом с очень грустным мужчиной в пестрой рубахе, шортах и босиком. Тот мельком глянул на Прохора и вернулся к печальному самосозерцанию. Задавать вопросы было некому. Оставалось только ждать и прислушиваться к разговорам.

— …потому что он людоед!

— С каких пор это повод для отказа в прошении?

— Каннибализм запрещен.

— Что за глупости? Никогда в Сторивилле не было запрещено есть людей.

— Так то в Сторивилле! А на Рю-де-Бурбон его не пустят.

— Это не потому что он каннибал! Я знаю одного парня, которому как раз такую работу предложили.

— А какая квота на сегодня, кто-нибудь знает? Может быть, мы зря тут сидим? Очередь что-то не двигается…

— …работать в баре. Кто-нибудь знает, есть вакансии?

— Если три дня не бродяжничаешь, разрешение аннулируют. Папа Легба сказал.

Прохор вытер пот со лба. Было очень жарко и душно. И еще запахи эти кошмарные… Интересно, если он так и не дождется сегодня своей очереди, завтра он сюда же заснет? Или придется заново искать дорогу, потом заново же занимать очередь? Такое себе развлечение…

— Мсье Прохор! — в дверь из общего зала протиснулся высокий парень с заплетенной в косичку бородкой. На нем тоже была ливрея, только не темно-зеленая, как на местных мартышках, а темно-красная. — Как хорошо, что я вас нашел! Пойдемте со мной!

— Куда? Я собираюсь купить дом!

— Да-да, все верно! — парень начал быстро кланяться. — Вы случайно попали совсем не в тот отдел. Пойдемте со мной, я вас провожу!