Книга Гребень Дяди Нэнси, страница 62 – Саша Фишер

— А что это за звук? — спросил Остап, замерцал и растворился в воздухе. Прохор прислушался. Где-то отчетливо капала вода. Звук был такой, будто капли падают в металлический таз. Снаружи? Вроде нет. За стеной. Снаружи склеп казался небольшим, по ощущениям Прохора, изнутри он был точно таким же. Никаких тайных комнат тут не поместилось бы. Впрочем, это же ноктюрнет, здесь за дверями могут скрываться целые параллельные миры.

Прохор подошел к расписанной граффити стене и приложил к ней ухо. Капанье стало еще отчетливее. Интересно. Постучал. Звук был звонким, словно стена была не только не капитальной, а так, скорее ширма, чем стена. Покрашенная фанерка. Толкнул плечам.

— Нда, пробивать стены мне еще рановато… — Прохор потер ушибленное плечо и огляделся. Пнул еще разок кучу хлама. Может там есть какой-нибудь лом или еще что-то подобное. Куча осталась лежать.

— Ой, да ладно! — мысленно содрогнувшись, Прохор присел рядом и стал разгребать мусор куками. Сначала ощущения были в точности такими, как он и ожидал — противные пыльные тряпки, запах тлена, плесени и крысиной мочи. Он старался даже не рассматривать, что отбрасывает в сторону. Ветошью стену не пробьешь, свернутыми в рулон рваными бумагами — тоже. А это что? Прохор встряхнул очередной предмет. Чихнул от взвихрившейся пыли. Это было что-то вроде гусарского мундира. Только ткань когда-то блестела. Сейчас выцвела. А это… Рулон сам по себе развернулся в руках. Цирковая афиша. На самом деле Прохор давно настоящих цирковых афиш не видел, или, точнее, не обращал на них внимания. Кто вообще сейчас разглядывает афишные тумбы и стенды? Но откуда-то с детства, или, скорее, из всяких ужастиков про цирк и клоунов, был точно уверен, что на настоящей цирковой афише должны быть вот такие расходящиеся бело-красные лучи. Правда ничего больше разобрать на этойстарой бумаге не удалось — буквы и изображение слились в мутные серые пятна.

— Наводя порядок в комнате, главное не начать разглядывать мусор, — Прохор отряхнул руки и снова попинал мусор ногами. Похоже, что этот хлам когда-то был ярмарочной декорацией. Цветные кулисы из лоскутов, униформа зазывал, плакаты аттракционов. Прохор подумал, что в таких местах обычно стоял силомер. Такая платформа, по которой нужно было изо всех сил фигачить деревянной колотушкой, и, в зависимости от силы удара, стрелочка взлетала по шкале вверх, показывая, насколько ты молодец. Ну, или нет. Вот такая колотушка бы сейчас очень пригодилась… Прохор наклонился и убрал в сторону сломанный красно-белый зонт. Хмыкнул. Ухватил деревянную рукоятку и потянул на себя. Раздался треск, пыли в склепе стало, кажется, больше, чем воздуха, но в руке у Прохора была та самая здоровенная деревянная колотушка. Как он и представлял. Пыль запахла мятой и лимоном, по языку разлился вкус мохито.

— Ммм, левел ап, отлично, — Прохор отступил на шаг от стены замахнулся и изо всех сил треснул прямо в середину уродливых линий граффити. Штукатурка покрылась трещинами, кое-где отвалилась кусками. — Ну давай, склеп, покажи свою тайную комнату!

После четвертого удара на стене проявились очертания двери. Похоже, что ее закрыли, как попало замазали сверху слоем штукатурки и покрасили. Прохор стал бить прицельнее, освобождая косяк и петли. Отступил на пару шагов, полюбовался на дело своих рук.