Книга НИИ особого назначения 2, страница 66 – Саша Фишер

Тропа вела через этот газон, словно ее прокладывал пьяный летчик, убежденный, что идет прямо. Любопытно было бы дрона запустить, чтобы посмотреть, что за узор эта тропинка изображает.

— Знаешь, а мне ведь никто не верил, когда я сказала, что подала заявку в НИИ, — сказала Женя. Ступала она медленно, осторожно, но не сказать, чтобы неуверенно. В глазах мерцают искорки любопытства, в правой руке — плексигласовый шест метра два с половиной длиной. Но она на него не опирается, просто несет. Как копье. Красно-оранжевый комбез только подчеркнул ее сильную фигуру. В легкомысленном платьишке она казалась более изящной.

— Апочему ты вообще подала заявку? — спросил я. — Ты же вроде работала прорабом, верно?

— Понимаешь, у меня было такое чувство, будто… — Женя на пару секунд остановилась. — Будто я должна. У меня была отличная работа, и очень хорошие друзья. А три месяца назад я как будто услышала зов. Нет-нет, не смотри на меня, как на идиотку! Я же мастер спорта по биатлону. А моя работа… Она очень полезная, я знала, что приношу пользу. Но еще я знала, что могу много больше. Нет, не больше, а просто другое. Строить — это тоже важно, но для строителя не нужно уметь стрелять и скользить ракетой по лесу на лыжах. И вот я посмотрела на себя в зеркало однажды утром и подумала: «Женька, ты так живешь, будто все время к чему-то готовишься! Может пора уже сделать это?» Вот только в армию мне не хотелось совсем, поэтому я решила, что обязательно должна попасть сюда, в Соловец. Фронтир науки, и все такое. Я даже не подумала, что тут будет какой-то конкурс…

— На мой новичковый взгляд, ты нам больше всех подходишь, — польстил я. Умилился опять. Есть в местных обитателях какая-то бесхитростная искренность. Как будто мир населен детьми.

С каждым шагом, приближающей нас ко второй вешке, настроение все улучшалось. Приехал на базу я злющий, как собака. Хотелось кого-нибудь прибить. Ну или хотя бы поспаринговаться, чтобы сбросить это напряжение. Фу ты, мля! Искренние люди у него, ага. Если не считать хитрожопого Федю, его мутную бабушку, Ядвигу как ее там, Илзе… Так, нафиг этот список. Тем более, что второй, в который входят хорошие люди, в любом случае гораздо длиннее.

Рядом с вешкой мы остановились.

— Вот это что ли брыки? — удивленно проговорила Женя. Нда, реально впечатляет. Вешка стояла в распадке между двух каменистых пригорков, дальше начиналась небольшая низинка, перечеркнутая рекой почти по диагонали. И все, что хоть чуть-чуть возвышалось — камни, трухлявые пни, невысокие деревца — были оплетены лозой фиолетового цвета с темно-зелеными листьями. Кое-где ярко-красным полыхали цветы. А плоды были похожи на… Ну да, на огурец. Только не на обычный, а на морской. Голотурию. И даже шевелили своими жопками.

— Фу, какая гадость! — поморщилась Женя. — Как толстые червяки. Еще и слизью какой-то покрыты.

Услышав ее голос, брыки пришли в движение и начали шевелиться гораздо активнее.

— Пробуем? — спросил я и посмотрел на Женю. Та хихикнула и кивнула. Мы принялись подкрадываться к ближайшему «огурцу», размером с кирзовый сапог. И вот тут мы поняли, почему их назвали «брыки». Когда я попытался накинуть на него мешок, эта штука подскочила и с силой лягнула меня в бок. Настолько сильно, что я даже отлетел примерно на метр. Охнул, но не упал.